Она напомнила себе, что ее Филип не обманывал, и попыталась взять себя в руки.
— Через день или два вы сможете прочитать об этом в газетах, поэтому я скажу вам сейчас — мы собираемся пожениться.
— Поздравляю, — сказал он добродушно. — Ты уже рассказала ему о… о нашем договоре? Когда мы встретились на благотворительном балу, он, по-видимому, был еще в неведении.
— Я собираюсь рассказать ему все в ближайшее время.
— Вряд ли это хорошая идея, Лорен. Он настроен так враждебно ко мне и моей жене…
— И совершенно правильно! — не сдержавшись, воскликнула Лорен.
— О! Я вижу, он поведал тебе о своем детстве. А теперь представь, как он прореагирует, когда узнает, что за твою квартиру и платья платил я.
— Не говорите ерунды! Я — не ваша любовница.
— Мы с тобой знаем, но поверит ли он?
— Я сделаю так, что он поверит, — тихо проговорила Лорен Филип холодно улыбнулся, что-то прикидывая в уме.
— Не думаю. К тому же это ты сказала мне о маленьком проекте в Казано.
Лорен пришла в ужас, ее мозг в панике забил тревогу.
— Я ничего не говорила вам о Казано, абсолютно ничего! Я никогда не рассказывала вам ни о чем секретном.
— Но он будет так думать.
Она положила дрожащие руки на стол. Щупальца страха медленно, но неумолимо сжимали ее.
— Филип, вы… вы угрожаете мне тем, что скажете ему, будто я была вашей любовницей и заодно вашей шпионкой?
— Не совсем так, я не угрожаю, — спокойно ответил он. — Просто мы собираемся заключить с тобой сделку. И я хочу, чтобы ты поняла, что тебе лучше со мной не спорить.
— Какую сделку? — спросила Лорен, уже догадываясь, о чем пойдет речь.
— В награду за мое молчание я попрошу то же, за что собирался заплатить тебе десять тысяч долларов.
— И вы думаете, я что-то сообщу вам? — презрительно выговорила Лорен. — Вы на самом деле верите в это? — Слезы жгли ее глаза, голос дрожал. — Я лучше умру, чем сделаю что-нибудь против него, вы это понимаете?
— Ты слишком чувствительна, — тихо сказал Филип, наклоняясь вперед. — Я не собираюсь разорять его, я только хочу сохранить собственную компанию.
Ее дела становятся плохи из-за конкуренции «Синко».
— Какой кошмар? — прошептала Лорен.
— Да, кошмар, если мы обанкротимся. «Витворт энтерпрайзис»— наследство Картера, и нужно его сохранить. Теперь давай перестанем рассуждать, пойдешь ты на это или нет. У тебя нет выбора. Пятница — последний день, когда мы можем назначить цену на четыре очень важных контракта. Я хочу знать, сколько предложит «Синко».
