— Ярость, написанная на лице Ника, сменилась презрением, и Лорен продолжила свою бессвязную, полную отчаяния речь:
— Он не трогал меня до тех пор… до тех пор, пока не увидел на балу. Теперь он пытается шантажировать меня. Он угрожал, что скажет тебе, будто я его любовница, если я не…
— Твой родственник, — повторил Ник с ледяным сарказмом, — твой родственник пытается шантажировать тебя.
— Да! — Лорен лихорадочно пыталась объяснить. — Филип думал, что ты платишь кому-то, чтобы тот шпионил на тебя, поэтому он послал меня выяснить, кто это, и…
— Витворт — единственный, кто платит шпионам, — презрительно прервал ее Ник.
— И этот шпион, точнее шпионка, — это ты!
Он попытался оттолкнуть ее от себя, но Лорен опять прильнула к нему.
— Пожалуйста, послушай меня, — кричала она. — Не делай этого с нами!
Наконец он отшвырнул ее, и она рухнула на пол, ее плечи затряслись от безудержных рыданий.
— Я так люблю тебя, — истерически рыдала Лорен. — Почему ты не хочешь выслушать меня? Почему? Я умоляю тебя, выслушай меня!
— Встань! — рявкнул Ник.
— И застегни свою блузку.
Он подошел к двери. Вздрагивая от рыданий, Лорен поправила одежду и, опершись на журнальный столик, медленно поднялась на ноги.
Ник распахнул дверь, и в кабинете появились охранники.
— Уберите ее отсюда, — холодно приказал он.
Лорен, застыв от ужаса, смотрела на подходящих к ней мужчин. Они поведут ее в тюрьму. Она еще раз обернулась к Нику, молча умоляя выслушать ее, поверить, остановить все это.
Он ответил ей ледяным взглядом, его лицо превратилось в каменную маску, на котором не дрогнул ни один мускул.
Три охранника окружили Лорен, и один взял ее за локоть. Она рывком освободила руку, в глазах застыла немая боль.
— Не трогайте меня.
Не оглядываясь, она вышла из кабинета, окруженная кольцом мужчин.
Когда дверь за ними закрылась, Ник сел на диван. Подперев голову руками, он посмотрел на черно-белую фотографию Лорен, передающую Витворту украденные копии.
«Она очень фотогенична», — с болью подумал он.
День был ветреный, а она даже не надела пальто. Она была заснята в профиль с развевающимися на ветру волосами. Как красиво она предавала его! Черты его лица дрогнули, исказились. Фотографию нужно сделать цветной, решил он. На черно-белой нельзя увидеть ее мерцающую кожу, золотые отблески в волосах, сияние живых бирюзовых глаз.
Нагнув голову, он закрыл лицо руками.
Молчаливый эскорт провел Лорен через мраморный вестибюль, переполненный припозднившимися служащими.
