Бюро находок

Огни поезда выхватили из темноты туннеля человеческую фигуру. Постояв немного, она шагнула к стене и исчезла. Не раздумывая, Джек вскочил и помчался туда. Стена станции мелькнула перед глазами и тоже исчезла, крики за спиной слышались всё слабее, а впереди росло и росло электрическое сияние: поезд приближался. Не обращая внимания на отбитые рёбра, Джек бежал вперёд. Выбора не оставалось: либо там окажется дверь, либо он погибнет под колёсами поезда.

Ослепительный белый свет, рёв и скрежет: машинист ударил по тормозам.

Поезд неумолимо надвигался, но в последнюю секунду взгляд Джека упал на ржавую дверную ручку, едва различимую на чёрной стене. В следующий миг он уже вглядывался в тьму лестничного провала, едва удерживая равновесие на верхней ступеньке. Визжа тормозами, поезд пролетел мимо. Переведя дух, Джек захлопнул за собой дверь и стал осторожно спускаться.

Одолев три длинных пролёта, он шагал уже довольно бодро и, несмотря на полную темноту, отчётливо ощущал эхо собственных шагов, а вскоре впереди нащупал вторую дверь с мерцающей стальной ручкой.

Он нажал её в надежде увидеть за дверью отца.

Джон Баклз-старший пятился к стене, выложенной жёлтой плиткой, а Часовщик наступал, выставив из рукава медный раструб огнемёта, из которого вырывалось пламя. Вдоль путей заброшенной платформы горело лишь несколько аварийных ламп. Под ногами валялись старые газеты, некоторые из них горели.

— У меня её нет! — крикнул отец.

Упёршись спиной в стену, он резко оттолкнулся, чтобы увернуться в сторону от очередной порции огня.

— Стой! — крикнул Джек. — Оставь его в покое! Сейчас же!

Однако француз даже не оглянулся. Казалось, он не замечал постороннего присутствия.

— Считаешь меня идиотом, Джон Баклз? — прорычал он. — Я выиграл, а ты проиграл, смирись с этим. Отдай Искру и останешься в живых! — Он сделал ещё шаг, наводя огнемёт на Джона. — Если не отдашь, я заберу её из твоего праха. Затем верну усилитель, который ты украл, и жители Лондона заплатят наконец за свои преступления!

Глаза Баклза-старшего чуть прищурились, челюсти судорожно сжались.

Джек хорошо знал этот взгляд. Так отец смотрел, когда Сейди загоняла его в угол в видеоигре или когда у самого перекрёстка свет переключался с зелёного на красный. Он чуть пригнулся, готовясь к броску, но в тот же миг исчез за пеленой оранжевого пламени.

— Нет! — Джек распахнул дверь, кинулся вперёд… и застыл как вкопанный.

Часовщик растаял в воздухе.