Если клей реставрирован, то ценность уже не та."
"– Господи! Вы и на это обращаете внимание? И в состоянии распознать?
– Да. Правда, это не всегда просто.
– Похоже, в вашем деле требуется особая наблюдательность; интересно, не можете ли вы мне ответить по поводу одной подробности. Вы не заметили, был ли в комнате пузырек?
– Пузырек?
– Да. Аптечная склянка.
– Дайте подумать… Да, по-моему, был. Стоял на подоконнике. С цветной наклейкой – вроде бы красной; точно сказать не могу, потому что наклейка, если можно так выразиться, смотрела в окно.
– Понятно. Вы действительно наблюдательный человек. А не вспомните, где именно на подоконнике стоял пузырек?
– Попробую. Письменный стол у окна, так что подоконник становится как бы полкой… Пузырек был по правую руку сидящего за столом. Табакерка стояла прямо на столе, по левую руку.
– Ясно. Вернемся к коллекции. Я встречусь с Леем и попрошу его выполнить вашу просьбу – ничего не делать поспешно. В любом случае он не вправе действовать до утверждения завещания, и думаю, он согласится подождать нашего с вами одобрения.
Ведь, как вы правильно сказали, если существует мошенник, мы с радостью поможем его поймать. Хотя доказать будет очень сложно. Вероятно, мы попросим вас подать иск.
Поднявшись уходить, Фенби на прощание спросил:
– Да, и еще одно. Почему вы сказали, что табакерка была тяжелой?
– Не знаю. – Макферсон, похоже, удивился вопросу. – Она так выглядела.
Фенби пошел, думая над иронией в словах Каргейта – «мне повезло, что табакерка у меня».
Перемещения табакерки и пузырька с цианистым калием очень интересовали инспектора Фенби. Разумеется, начиная расследование в Скотни-Энд-холле утром 14 июля, он не сразу принялся за расспросы. Сначала ему пришлось придумывать объяснения: кто он такой и зачем вообще понадобилось расследование.
Естественно, пришлось обратиться к Джоан Нокс Форстер, ставшей по воле обстоятельств главной в доме – по крайней мере, до прибытия Лея. Фенби сразу проникся уважением к уму встретившей его высокой, крепко сложенной женщины среднего возраста.
Она была готова взглянуть в лицо неприятным фактам, что облегчало Фенби задачу.
Мисс Нокс Форстер смотрела на инспектора через толстые стекла очков откровенно оценивающим взглядом.
– Я не вполне понимаю, чем вы занимаетесь. Ясно, что требуется официальное дознание, раз мистер Каргейт скончался скоропостижно, но зачем коронеру понадобилось полицейское расследование?
– Обычное дело, – доблестно солгал Фенби. – Рутинное дознание.
