Благие знамения

Но сейчас он занимался вычислениями, которые не сумел бы произвести ни один компьютер. Иногда он царапал на листе бумаги странные знаки, понять которые могли бы лишь восемь человек во всем мире (двое из них получили Нобелевскую премию, а один из оставшейся шестерки целыми днями пускал слюну, и ничего острого ему в руки на всякий случай не давали).

Всю неделю она проводила замеры теодолитом и маятником, и геодезическая карта окрестностей Тадфилда покрылась теперь сетью точек и стрелок.

Анафема пристально разглядывала их.

Затем, вооружась фломастером, начала соединять, изредка сверяясь с блокнотом.

В доме работало радио, но она не обращала на него внимания. Поэтому львиная доля новостей прошла мимо ее ушей, пока наконец пара ключевых слов, просочившихся в сознание Анафемы, не заставила ее прислушаться к передаче.

Какой-то человек, называемый пресс-атташе, казалось, был близок к истерике.

— …опасности для служащих и населения, — закончил он.

— А вы можете уточнить, какое именно количество ядерного топлива исчезло? — спросил ведущий.

После небольшой заминки пресс-атташе заявил:

— Мы бы не сказали, что топливо исчезло. Оно не исчезло. Оно временно переместилось.

— Вы хотите сказать, что оно все еще на территории станции?

— Мы не видим, как оно могло быть перенесено за ее пределы, — сказал представитель.

— Вы, конечно, рассматривали версию, что это теракт?

Снова пауза. Потом пресс-атташе сказал спокойным тоном человека, у которого накоплено достаточно средств, чтобы немедленно уволиться и заняться разведением домашней птицы:

— Да, вероятно, нам придется ее рассмотреть.

Остается лишь найти террористов, способных вытащить работающий ядерный реактор из его оболочки, чтобы этого никто заметил. Его вес около тысячи тонн, а высота — сорок футов. Значит, мы должны искать довольно сильных террористов. Возможно, вы предпочли бы сами связаться с ними, сэр, и провести интервью все в той же надменной и обвинительной манере.

— Но вы же сказали, что ваша АЭС по-прежнему производит электричество, — еле выдавил из себя ведущий новостей.

— Как же она работает, если там нет реакторов?

Безумная усмешка пресс-атташе была видна даже по радио. Столь же хорошо был виден его карандаш, застывший над разделом «Продажа ферм» в журнале «Мир птицеводства».

— Мы не знаем, — сказал пресс-атташе. — Мы надеялись, что вы, хреновы умники с Би-би-си, найдете объяснение.

Анафема взглянула на карту.