Конечно, подумал он, она, как и София, наверное, полагала, что арабский мужчина оценит ее по достоинству, стоит только разыграть из себя девственницу. София заплатила целое состояние, чтобы доктора помогли ей вернуть утраченную невинность, и сумела-таки обвести его вокруг пальца, с горечью припомнил он.
– Что-то не так? – воскликнула Элинор, увидев нехороший блеск в его черных глазах. Любовная игра захватила ее, но она испугалась, что Джасим осознал ее полную неопытность. Не отвратит ли это его от нее?
– Все так…
– Я никогда ни с кем не спала, – призналась Элинор.
– Это может стать проблемой?
– Как это может стать проблемой, если ты собираешься одарить меня выше всех других мужчин? – Саркастический огонек в его глазах загорелся еще ярче. Так и должно было быть, заверение в своей невинности она оставила на самую последнюю минуту. Его разрывало от желания овладеть ее телом, но он предпочел бы с холодным расчетом уличить ее во лжи и сообщить, что ее глупая игра ни на минуту не ввела его в заблуждение.
Джасим оседлал ее, и его затрясло от желания. Он рывком вошел в ее влажное, теплое естество, и голова у него пошла кругом от того, такая нежная и тугая она была внутри. Сгорая от страсти, он поднял ее ноги и погрузился еще глубже, и в тот самый момент, когда вошел в нее целиком, она резко вскрикнула от боли. Джасим похолодел. Он не ожидал, что, изображая девственницу, она зайдет так далеко.
Элинор была готова провалиться сквозь землю от стыда.
– Прости, просто немного больно… все в порядке, – пробормотала она.
– Это ты меня прости. Я должен был быть более нежным, – выдохнул Джасим, гордясь тем, как ловко он ответил на ее обман, и все глубже и глубже погружаясь в ее лоно.
С каждым умелым движением его тела ее дискомфорт постепенно исчезал. Элинор обвила его руками, открывая для себя источник такого невероятного наслаждения, о котором и помыслить не могла. Скорость постепенно нарастала, достигнув невероятного темпа и захватив ее целиком. Сладкие волны все чаще накрывали ее, потом вдруг вынесли к вершине наслаждения и резко опустили вниз, сделав ее тело абсолютно невесомым.
Когда все закончилось, он посмотрел на нее сверху вниз.
– Ты отворила для меня ворота в рай, где я ни разу не был ни с одной из женщин.
Он прижал ее к себе, его сердце колотилось в такт с ее сердцем, и из глаз Элинор брызнули слезы. Она тоже испытывала к нему невероятную нежность и покрыла его бронзовое плечо поцелуями, неистово прогоняя чувство стыда и неловкости.
