Благородство и страсть

Эта женщина вдова, она была близка со своим мужем, так почему же его поцелуй поверг ее в такое смятение? Может, старика Паджета не волновала красота его молодой жены? Может, он был просто старым занудой, который имел сокровище и не пользовался им?

Сейчас на ней было темно-синее шелковое платье с глубоким вырезом. Взгляд Мэтью опустился к соблазнительной ложбинке, и Грейс тут же заметила это и вздрогнула, как будто он прикоснулся к ней..

– Скажи что-нибудь. Не молчи так… – сказала она со смехом. – Можно даже о погоде.

– Думаю, пойдет дождь, – проговорил он, продолжая взглядом ласкать ее грудь. И словно в подтверждение его слов где-то далеко за лесом послышался раскат грома, затем еще один. Порывом ветра распахнуло форточку, и занавеска слегка колыхнулась. Первые капли дождя тяжело забарабанили по стеклу, но Мэтью даже не заметил, что его прогноз так скоро сбылся, он видел лишь Грейс, ее лицо с тонкими чертами, хрупкие изящные плечи, отражающееся в ее глазах небо и распухшие от поцелуев губы.

"Он тряхнул головой, направился к буфету и достал бутылку вина. Наполнил бокал. Мэтью чувствовал себя несвободным, связанным с Грейс невидимыми нитями. И эти нити были очень сильны.

Грейс принялась за форель под лимонным соком с горошком и спаржей, но лишь с рассеянным видом водила по тарелке вилкой, время от времени отправляя в рот то кусочек рыбы, то овощи. Чтобы не видеть горящих глаз маркиза, она с преувеличенным вниманием стала рассматривать узор из лилий и листьев, бегущий по краю тарелки, а Мэтью продолжал следить за ней жадным взглядом, и, казалось, ни одна сила на свете не могла заставить его переключить внимание на что-то еще.

Грейс, разумеется, тоже не могла не смотреть на него.

Целый вихрь эмоций и чувств бушевал в ее груди, хотя внешне она казалась спокойной и бесстрастной. Этот мужчина разбудил в ней какие-то силы, о существовании которых она не подозревала и которые оказались такими разрушительными и мощными.

О, она высоко ставила способности ума лорда Шина.

Раньше она не понимала тех женщин, которые бросались в объятия мужчин, рискуя своей репутацией, своим будущим и даже жизнью. Физическая страсть не находила отклика в ее душе, казалась лишь иллюзией, которой подпитываются чересчур эмоциональные люди.