Благородство и страсть

Она дрожала от наслаждения, чувствуя, что очень скоро для нее все закончится. Но ей хотелось сделать это одновременно с Мэтью. Ей хотелось запомнить сегодняшнюю ночь такой.

Мэтью приподнял ее чуть выше.

– Мэтью! – испуганно вскрикнула она, когда ее ноги оторвались от пола.

Грейс обхватила его талию ногами.

– Держись крепче, – пробормотал он, прижимая ее к двери.

Еще секунда, и он с силой вошел в нее.

Грейс приподнялась, а потом снова опустилась, задыхаясь от удовольствия. Он был в ней. Положив ему руки на плечи, она продолжала качаться вверх и вниз.

Уткнувшись лицом ей в плечо, Мэтью застонал. Печаль, сожаление, желание – все слилось в едином порыве любви, которую он ей дарил. И эта любовь связывала их вместе навеки."

"Ее страсть с каждым мгновением становилась сильнее, превращалась в пылающий огромный шар, увлекающий Грейс в свои непостижимые глубины. Перед Грейс вспыхнул ослепительный солнечный свет, и из ее глаз брызнули слезы, которые покатились вниз по щекам, прокладывая огненные дорожки. Наслаждение, дрожь в теле, счастье обладания.

Мэтью сейчас всецело и безраздельно принадлежал ей.

А завтра… Завтра ничего этого уже не будет.

Как сможет она жить без него? Каждый раз, когда они любили друг друга, у нее возникало ощущение, что Мэтью становился частью ее. И оставить его означало расстаться с частью самой себя.

Уставшие, они опустились на колени, спина Мэтью была влажной и горячей. К запаху пота, витавшему вокруг них, примешивался тонкий запах мускуса. Закрыв глаза, Мэтью прижался лбом ко лбу Грейс, втянул глоток воздуха.

Она нежно пригладила его растрепавшиеся темные пряди. Ее сердце постепенно восстанавливало естественный ритм. Говорить не хотелось, да к тому же это казалось совершенно излишним. Они молча наслаждались близостью.

И вдруг Грейс вспомнила о том, что уже завтра им придется расстаться.

Как она сможет жить без этого? Она никогда не найдет такого мужчину, как Мэтью. Инстинктивно ее пальцы сильнее впились в его плечи, как будто она не хотела выпускать Мэтью из своих рук.

Потом Грейс заставила себя разжать руки.

Какой смысл отрицать судьбу, если она уже давно управляла их жизнями? Они должны расстаться, и это было понятно с самого начала.

Ее тело немного болело, глаза снова наполнились слезами. Прикоснувшись рукой к щеке Мэтью, Грейс ощутила легкое покалывание – хотя он брился перед обедом, его подбородок уже успел покрыться щетиной. Утром ее лицо будет гореть от прикосновения его щек так, как будто она натерла его песком.