Благородство и страсть

Грейс, впавшая в странное состояние сна наяву, сразу же напряглась и приготовилась в случае чего бежать. Из поместья они выехали довольно давно, и это была уже не первая их остановка. Стоило лошадям остановиться, как мужчины сразу же накидывались на сидр – его тошнотворные испарения долетали даже до Грейс. Хорошо, что лошади знали дорогу и могли спокойно обходиться без кучера, который становился все пьянее с каждой милей, – везли туда, куда надо.

– Тпру, – послышался голос мужчины, что был помоложе.

Повозка остановилась, мужчины спрыгнули на землю, и через мгновение их шаги стали отдаляться от Грейс.

Может быть, сейчас и выскочить из повозки? Осторожно она проделала дырку в куче белья и стала смотреть в нее. Кучер с помощником стояли спинами к повозке, а лицами к деревьям. Грейс облегченно вздохнула. Хорошо, что их не было видно за лошадиными мордами.

Взяв узел дрожащими руками, Грейс переползла к дальнему краю повозки. Задержав дыхание, она выскочила на дорогу и, пригнувшись, спряталась за повозкой.

Деревья росли вдоль дороги с двух сторон, хотя, конечно, эту узкую колею трудно было назвать дорогой.

Но ведь выбор лорда Джона пал именно на это поместье только по причине его изолированности от внешнего мира. Дядя не мог допустить, чтобы к главным воротам тюрьмы, в которой он запер своего племянника, вела широкая и удобная дорога.

Послышался звук струй, ударяющихся о землю. Грейс решила, что именно сейчас ей нужно бежать, пока эти двое были так поглощены своим занятием. Она метнулась к деревьям у противоположной стороны дороги и быстро легла за большой острый камень, покрытый густым мхом.

Ее ноги, долго находившиеся в неудобном положении, теперь неприятно ныли, но Грейс не обращала на это внимания.

Мужчина, который был постарше, похлопал молодого по спине.

– Смотри-ка, не Монкс там скачет? Чертов негодяй…

– Да уж, всем негодяям негодяй, – буркнул не слишком разговорчивый молодой парень. Он бросил взгляд на дорогу и принялся застегивать брюки. Теперь Грейс могла рассмотреть этих двоих.

Без сомнения, это были отец и сын. – Ну а разговаривает он – вообще страсть, одна ругань.

Теперь и Грейс услышала цокот копыт по дороге. Господи, значит, там уже знают, что она сбежала. С какой еще стати Монкс помчался бы догонять повозку? Слава Богу, этим двоим понадобилось по нужде. Если бы не это, ее судьба была бы решена. От этой мысли у нее по спине пробежал холодок.

Вся земля в лесу уже была покрыта густой травой и недавно распустившимися весенними цветами.