Благородство и страсть

– Куда подевалась эта сука?

Мэтью даже не потрудился повернуть голову в ответ на злобное шипение своего дяди. «Я не знаю» уже навязло в зубах от бесконечного повторения. Теперь его держали в кандалах, и он чувствовал себя очень уставшим, измученным и совершенно опустошенным.

Скоро с него снимут кандалы и разрешат поспать несколько часов на столе на веранде. Правда, снова привяжут. И так повторялось каждый день после побега Грейс.

А Грейс, выходит, все-таки спаслась, думал Мэтью. Но лорд Джон по-прежнему искал ее, хотя с момента ее исчезновения прошло уже много времени.

Мысль о том, что Грейс на свободе, поддерживала в Мэтью жизнь и присутствие духа, несмотря на все происходящее с ним. Ее не смогли найти даже легендарные сыщики уголовного полицейского суда.

– Ты просто дурак, мой дорогой мальчик, – изрек лорд Джон из своего кресла, стоящего напротив Мэтью. В его голосе ощущалось нечто холодное и безжизненное. Дядя снова кутался в меховое пальто, хотя в доме топили, а все окна были плотно закрыты.

Вот уже четыре месяца он задыхался в удушливой атмосфере. И только утром и вечером, когда его ненадолго выводили в сад, он мог подышать свежим воздухом. Три раза в день его кормили, и он послушно ел, хотя аппетита у него никогда не было. Мэтью должен был поддерживать в себе жизнь любой ценой, так как дал обещание Грейс прожить шесть месяцев. И вот теперь он сдерживал это обещание. Оставалось только восемь недель и два дня, и после этого он, наконец, убьет своего дядю.

– Эта шлюха давно забыла тебя, у нее уже есть о ком позаботиться. – Лорд Джон сложил руки на набалдашнике трости. – Она прехорошенькая. Настоящий персик. Когда мы найдем ее, я попробую ее сам, а потом дам Файли, Монксу и всем остальным своим людям. – Дядя слегка запрокинул голову, и в его ледяных глазах появилась дымка мечтательности. – Возможно, я позволю тебе посмотреть.

По своему опыту Мэтью знал, что таким образом его дядя мог развлекаться часами. Без сомнения, это ему доставляло удовольствие.

– Но мы можем сделать и по-другому, дорогой племянник. – Дядя вытянул одну руку вперед и самым внимательным образом стал изучать свои ногти. – Скажи, где она, и я распоряжусь доставить ее прямо к тебе в постель.