Блейз Уиндхем

— Да, однако папа медлит и тянет, доводя меня до помешательства: мне все кажется, что я вот-вот умру и на престол Англии сядет девочка-подросток. Ей придется выйти замуж, и вряд ли добрые англичане будут рады правлению чужестранного принца, который станет ее мужем. Может статься, в Англии вновь начнется война, Блейз!

Несколько недель назад Габриель де Граммо, епископ Тарбский, прибыл из Франции, чтобы обсудить брак второго сына Франциска, герцога Орлеанского, и моей дочери Мэри. Я надеялся, что переговоры пройдут успешно, но епископ заметил, что, возможно, принцесса Мэри — незаконная дочь, поскольку мой брак считается незаконным.

Он цитировал отрывки из «Левита»: «Наготы жены брата твоего не открывай, это нагота брата твоего»и «Если кто возьмет жену брата своего, это гнусно; он открыл наготу брата своего, бездетны будут они».

Если французский посол считает мой брак с королевой незаконным, значит, я холост, верно? И тогда разрешение папы расторгнуть брак будет недействительным. Я должен стремиться не расторгнуть, а аннулировать брак.

Но Екатерина не желает и слышать об этом. Она упрямо утверждает, что наш брак законный, и пока ее племянник, император Святого Рима, имеет влияние на папу, мне не получить разрешения. Екатерина должна отказаться от своих прав — именно потому я послал за тобой.

Я хочу, чтобы ты отправилась к ней — она сейчас здесь.

Поговори с ней как женщина, освободи меня от этого постыдного союза. Пока я связан по рукам и ногам этой женщиной, мне не видать законных сыновей!

— Сир! — Блейз была и изумлена, и перепугана.

 — Вы уже посылали самых высокородных лордов королевства, чтобы вразумить королеву. Она не сдалась, даже слыша самые неоспоримые доводы. Сам кардинал беседовал с ней и ничего не добился. Почему же вы считаете, что королева согласится выслушать меня? Я была вашей любовницей, Гэл, это оскорбительно для нее. Я не пользуюсь влиянием, не принадлежу к знатному роду. Как вы можете посылать к ней меня? Зачем?

Король выпрямился в кресле.

— Моя деревенская простушка, ты — моя последняя надежда договориться с Екатериной.

Если ты не убедишь ее, между нами начнется война, и клянусь телом Христовым, я выиграю ее! Екатерина любит тебя, Блейз. Ты не такая, как Бесси или Мэри. Любя тебя, она наказала собственную дочь за грубость. Она даже недавно упоминала о тебе. Если есть хоть малейший шанс, что она послушает тебя, я должен воспользоваться этим шансом. Вот почему поговорить с ней должна ты.

— Милорд, она не захочет меня видеть.