Блейз Уиндхем

Блейз подумала, что мать стала бы гордиться ею, ибо ее дочь в эту минуту умело скрывала подлинные чувства. Все, о чем она сейчас мечтала, — остаться наедине с обладателем этого чудесного бархатистого голоса, узнать о нем побольше, угодить ему. Но Блейз стояла, гордо выпрямившись и исполняя свой долг молодой графини Лэнгфорд, пока зал не покинул последний из слуг.

— Вы справились как нельзя лучше, — заявил эрл, к вящему удовольствию Блейз, когда они вновь остались вдвоем. — Но вы устали, и это понятно. Позвольте проводить вас в ваши покои, дорогая.

Когда вы выкупаетесь и отдохнете, мы сможем поужинать — в вашей гостиной, если вы не против.

— Да, конечно, я была бы очень рада, — отозвалась Блейз. — Только вчера, примерно в такой же час, я узнала, что сегодня мне предстоит встретиться с вами. Все произошло слишком быстро, и я никак не могу поверить в то, что оказалась здесь.

Эдмунд Уиндхем улыбнулся ее непосредственности.

— Понимаю, дата нашей свадьбы изменилась слишком неожиданно, — подтвердил он, — но уверен.

Тони объяснил вам и вашим родителям, что этому есть веские причины. Вы ведь проезжали через Майклсчерч и Уэйтон, и сами видели, как радостно было воспринято ваше прибытие. События этого лета переполошили народ. Пожилые и суеверные жители деревень считали, что кто-то сглазил Лэнгфорд, его хозяйку и слуг. Я счел своим долгом как можно быстрее пресечь подобные слухи. И конечно, если бы не эти крайние обстоятельства, я не решился бы лишать вас памятного дня. Я постараюсь загладить свою вину, Блейз Уиндхем, это я вам обещаю.

Пока он говорил, супруги вышли из большого зала, и Эдмунд повел молодую жену вверх по широкой лестнице к галерее, по одной из сторон которой тянулись окна. Остановившись перед дверью из темного дуба, он повернул бронзовую ручку и широко распахнул ее, а затем, к полному изумлению Блейз, подхватил ее на руки и перенес через порог комнаты. Когда Блейз оказалась на полу, она не знала, сумеет ли устоять, ибо ее ноги вдруг подкосились, и задрожали.

— А теперь я предоставлю вас умелым заботам Геарты, — мягко произнес Эдмунд.

 — И когда вы будете готовы принять меня, вам понадобится всего лишь послать за мной, — взяв Блейз за плечи, он нежно поцеловал ее в лоб и вышел.

Блейз стояла неподвижно, словно приросла к полу, уставясь на закрывшуюся за ним дверь. Ей следовало бы упасть на колени и возблагодарить Пресвятую Деву за такого внимательного и доброго мужа. Она чуть не рассмеялась, вспомнив, как протестовала против этого брака.