Блейз Уиндхем

Маленький Гевин Морган, которому вскоре должно было исполниться шесть, гордо ехал впереди охотников, торжествующе трубя в охотничий рожок. Он впервые побывал на охоте со взрослыми, и всю последующую ночь не мог заснуть от возбуждения.

Двадцать четвертого декабря святочное полено было вырублено из ствола поваленного ясеня, доставлено в зал поместья и положено в большом камине. Все домочадцы — от последней судомойки до самого эрла — подталкивали и пропихивали полено в камин, пока оно не улеглось на предназначенное ему место, что всеми было сочтено хорошим признаком.

Долг призывал Блейз, как хозяйку Риверс-Эджа, зажечь святочное полено. По обычаю каждый год полено зажигали от горящей лучины из полена, сожженного в прошлом году.

Весь год лучина покоилась под кроватью хозяйки дома."

"Поскольку в прошлом году Эдмунд Уиндхем не праздновал Рождество, пребывая в трауре после смерти жены, то теперь Блейз подали лучину из последнего святочного полена Кэтрин Уиндхем.

Глаза супругов встретились, когда Блейз поднесла пылающую лучину к сухому полену, и почему-то ей показалось, что благодаря этому простому поступку она по-настоящему стала женой Эдмунда, графиней Лэнгфорд. Кэтрин Уиндхем, душа которой ныне упокоилась на небесах, осталась только в воспоминаниях.

А потом все долго пели и смеялись. Святочное полено горело ярко-золотым пламенем в огромном камине зала, все пили эль и поднимали тосты за веселое Рождество.

С галереи для музыкантов неслись бравурные звуки. К горячей рождественской сладкой каше на молоке с корицей подавались святочные лепешки. Особенно порадовались такому угощению слуги, которым нечасто доводилось лакомиться сахаром.

Незадолго до полуночи гости отправились в церковь святого Михаила и добрались до нее через час, когда на колокольне церкви, как и по всей Англии, колокола вызванивали славу Рождеству.

Они восхваляли не только рождение Христа, но и появление христианства, возвещенное этим рождением. Выйдя из экипажей, эрл, его родные и гости ступили в церковь, чтобы выслушать первую из рождественских служб.

Ночь выдалась темной и тихой. Звезды высоко в небе казались такими же блестящими и огромными, как в ту самую ночь, когда родился Спаситель.