Блестящая роль злодейки

Во мне просто бурлила ярость, которая сменялась штилем бессилия и беспомощности. Я чувствовала себя человеком, приговоренным к эшафоту.

И била, раз за разом била дорогие вазы и сервизы, под скорбное молчание Вейн.

Если бы только бабушка была жива. Она бы точно не позволила… Свершить подобное.

К концу недели, держа в ладонях приглашение, я горько расхохоталась, разглядывая своё бледное отражение в зеркале. Интересно, в высшем обществе меня сочтут удачливой?

Маркиза, которая выскочит замуж за кронпринца… До чего «счастливая».

Во мне вспыхнуло желание разбить зеркало и в этот раз я не стала сдерживаться. Вид его осколков приводил меня в странное взбудораженное исступление.

— Нехорошо это, госпожа… - тихо проронила Вейн. – Счастья не будет.

Я беспечно пожала плечами. О каком счастье теперь идёт речь? Остался лишь чёртов Януш Колле, с которым мне придётся вынужденно беседовать завтра.

Я приехала ко дворцу в назначенное время, ближе к полудню. Прекрасные сады пестрели яркими цветами. По каменным дорожкам прогуливались знатные дамы, прикрывающиеся кокетливыми кружевными зонтиками от солнца.

Я не была исключением – зонтик и веер, как атрибуты наряда… И попытка закрыться от чужих цепких глаз. Кронпринц Колле сразу же дал понять, что хочет прогуляться со мной наедине.

Он раздраженно отмахнулся от сухих приветствий и жестом приказал пройти с ним. Мы остановились подле южного дворцового павильона, в тени деревьев. Януш посмотрел на меня внимательно и, наконец, неприязненно скривил губы:

— Ваш вид стал более болезненным, леди.

Издёвка в его голосе была столь очевидной, что, на секунду, в моей голове зашумел гнев, но я постаралась сдержаться и холодно ответила:

— Это из-за жары, Ваше Высочество.

— Чудесно, - чёрные глаза мужчины сузились и он с усмешкой продолжил, - надеюсь, вы готовы к поездке в Аттию?

Я сжала веер пальцами до побелевших костяшек и ответила в той же манере:

— Надеюсь, вы удовлетворены своей местью?

Януш коротко рассмеялся, сверкнув очами:

— Я был бы удовлетворен лишь вспоров брюхо Ирвингу Домаанскому.

Не знаю, вспыхнул ли на моих щеках гневный румянец, однако, я буквально теряла остатки самообладания:

— Вы ошиблись. Он – не мой возлюбленный.

Януш Колле наигранно закатил глаза и усмехнулся:

— О, да, я наслышан про графиню Вайне. Даже боялся ошибиться, однако же… Третий принц слишком волнуется за вас, прекрасная леди.