Близится буря

 — Но скорее всего на конях. Говорил же, что нет у нас выбора. Я других решений и сейчас не вижу.

— Я тоже, — осталось вполне честно сознаться мне. — Думал, думал, а все равно кроме этого конного похода ничего в голову не идет. Может, и прошли бы скрытно, если пешком и очень медленно, с раненым на носилках, — я показал на Макара, — но если бы нас догнали, то вообще шансов бы не было. А конными хоть шансы повышались при столкновении.

— Как и вышло, — добавил Макар.

— Как и вышло, — повторил я за ним.

 — Кстати, стоило это все такого риска? Включая твой собственный, мне Анисим рассказал чуток.

— Стоило, — коротко и очень уверенно ответил Макар. — Бог видит, стоило. Если бы разрешение у меня было, я бы больше рассказал, но сам понимаешь, не имею права такого.

— Это я понимаю, — осталось мне только усмехнуться.

Это я очень хорошо понимаю, про допуски и «доведение в части касающейся», классика жанра, можно сказать. Но все же очень интересно — что за бумаги такие он прихватил у Никона? И какую информацию усвоил, на того работая? Хотя думаю, что брат Иоанн нужными сведениями поделится, учитывая, на какие задачи я нацелен.

Как раз «в части касающейся».

Платон, вытирая руки полотенцем, вышел на палубу примерно через полчаса, сразу к нам подошел.

— До больницы довезем, сосуд я соединил, но есть опасность возникновения тромба, — сказал он устало. — Так что гарантий сохранения ноги дать не могу. Не хирург я, и здесь не больница, что смог, то и сделал.

Хорошо, что аппарат для соединения у меня в комплекте был.

— А так он вообще как? — спросил Анисим.

— Под наркозом пока, без сознания, — пожал плечами географ. — В каюту надо спустить. А я сейчас Байкиным займусь.

— А у него как дела? — спросил я.

— Ничего с ним не случится, шрам разве что останется.

— Шрам — не страшно, шрамы мужчину украшают, — не удержался я от банальности.

Вот так, первое задание — первые потери, пусть пока и минимальные. Байкин оправится, Николай вообще не наш.

Хотя я его, если честно, в экипаж переманил бы, будь такая возможность, — он Фролу в напарники очень подошел бы, такой же… следопыт, не знаю, как лучше его охарактеризовать.

Оставив географа и «шпионов» на корме, я пошел на нос яхты, по пути поинтересовавшись у Луки, точно ли вражеская пуля прошла мимо, или он все же скрывает свои раны из стеснительности? От незамысловатой шутки все заржали — опять же показатель отходняка после боя.