Близится буря

Читаешь — и как-то странно, а потом как представишь саму эту поездку в гости, в запряженной парой лошадей коляске, например, с остановками на почтовых станциях, ночевками не пойми где и всем прочим — так понимаешь, что такого пути обратно на следующий день и даже неделю точно проделывать не захочешь.

Так все и здесь. Тут разве что телеграммы относительно быстро перемещаются, а все остальное вот так — неделя туда, неделя обратно, неделя стоянка — ну и как-то почти месяц и пролетел. Вроде и мало куда сходить успели — а уже сезон штормов приближается, надо будет уходить на Большой Скат и там вставать на якорь до тех пор, пока погода не исправится.

Не то чтобы я против, я по Аглае истосковался без всякой меры, да и свадьба у меня, на минуточку, но как-то имеется ощущение того, что успел очень уж мало. И планировать что-то трудно — как начнешь все планы на местный темп жизни переводить, так и расстройство одно из этого.

Нет, скукой я вообще маяться не умею, я всегда нахожу чем себя занять, тем более что были книги, так что не тосковал.

Пару раз, схватив свою рычажную «павловку», поучаствовал в «пиратской тревоге», заняв место за быстро установленным щитом, но пиратов, к счастью, не встречали.

В общем, жизнь на борту шла уже заведенным порядком, пока шхуна резала форштевнем морскую волну, двигаясь в сторону Овечьих островов. Попутно я еще и мореходному делу обучался, понемногу начав отличать бакштаг от бейдвинда, а оверштаг от фордевинда. Договорился со шкипером, приплатил немного, а Терентий оказался до преподавания охочим, так что я стоял за штурвалом, держал курс, понемногу разбираясь, как компенсировать боковой снос, в общем, много чему учиться можно было, тем более что учитель был отличным.

Паруса — это целая наука, так что по вечерам в своей каюте я еще и учебник читал, устроившись под тускловатой висящей лампой. Всерьез читал, с карандашом и конспектом. А то как-то совсем никуда не годится — приватир морского дела вообще не знает. В таком даже признаваться публично нехорошо, а знать это за собой — еще хуже.

Паруса видели часто, мы как раз и шли общепринятым маршрутом, а однажды даже встретили шлюп того же торгового дома, на какой Аркадий работал, так что еще и в дрейф легли, пока приказчики беседовали.

Потом показались острова, уже знакомые очертания, и подошли на дистанцию прямой их видимости мы где-то к полудню. Точнее — к первому из них, который и был Базарным. Отчасти поэтому часто торговля велась здесь, а не вся на Овечьем.