Близнецы от врага. Чужая тайна.

При этом ты обманула меня, унизила, сбежав к любовнику, выдала Врагову мою тайну, подорвала репутацию. И после всего ты отказываешься быть матерью «нашего» ребенка, - выделяет слово «нашего», намекая, что в их семье мне места не найдется. – Значит, мы будем растить близнецов.

- Ты их на дух не переносишь!

- Что поделать. Воспитаю, - бросает небрежно, отчего по спине пробегает холодок.

- Отцом моих мальчиков является Алекс и…

- Я догадывался. Поверь мне, Дана, власть и деньги творят чудеса, - умолкает на мгновение, чтобы добить меня.

- И согласие матери.

- Я его не давала!

- Нужно внимательнее читать документы, которые подписываешь, - зло усмехается Авдеев. – Я заранее предусмотрел подобный исход. И хотел иметь рычаги влияния. Так что, устраиваясь ко мне на работу, ты поставила «закорлючку» на одной лишней бумаге. Вообще, я хотел использовать ее в случае, когда ты заупрямишься отдавать мне моего ребенка. Я ожидал это, когда предлагал тебе суррогатное материнство. Но ты зашла дальше.

И получилось, что получилось. Сама виновата.

- Все равно ты не сможешь отобрать близнецов. Они не твои! – настаиваю я.

- Но нервов попорчу будь здоров. Тебе и, главное, им, - говорит угрожающе. – Пока Врагов с документами возиться будет и отсуживать у меня детей…

- Игорь, пожалуйста, давай разойдемся мирно, - шепчу умоляюще.

- Как ты сразу запела, - мерзко хохочет. – Значит, так, условия прежние! Но сроки конкретные. Ровно через три дня я улетаю в Австрию. Или мы, - уточняет многозначительно.

- Я уже забронировал билет на твое имя. Отпрысков своих оставишь Врагову, пусть играется сам. Нам они в Австрии на хрен не нужны, - противоречит сам себе. – Я договорился с клиникой ЭКО. Нас примут без проблем, обследуют, проведут процедуру. Вернешься в Россию уже беременной. Родишь, перепишешь ребенка на меня – и свободна.

- Игорь, почему ты не оставишь меня в покое? У тебя есть деньги, власть. Ты легко можешь найти суррогатную мать, - пытаюсь достучаться.

- Дорогая, тут уже дело принципа.

Ты меня использовала все эти годы, твой Врагов втоптал и вовсе в грязь. Пришло время расплачиваться. И делать это придется тебе.

- Нет, - на рваном выдохе.

- Или мы летим в Австрию, или ты отправляешься за решетку, Врагова я пускаю по миру, лишив бизнеса, а близнецов забираю на перевоспитание, - говорит строго. - Выбирай.

Ответить не могу, потому что взор застилают слезы, а горло душат рыдания. Сижу и плачу, не в силах прервать звонок.