Я смеюсь, пытаюсь вырваться из его объятий, но не выходит.
Задорно хихикая, малышки залезают к нам, забираются на своего отца, щекочут его, меня, заливисто хохочут. Кровать за считаные секунды превращается в кучу-малу, не разберешь, где чья нога и чья рука. Все смешалось.
— Антон, прекрати, — прошу мужчину, но он и не думает выполнить мою просьбу. Девочки тоже. Я никак не могу заставить их остановиться."
"Не знаю, сколько прошло времени, но все закончилось, лишь когда у всех разболелись скулы, животы и напала усталость.
— Я больше не могу, — падая на спину, произносит Антон. Но там, где у взрослых закончились силы, у детей открывается второе дыхание. Нам с Чеховым требуется много времени, чтобы угомонить разыгравшихся малышек.
— А где Тоня? — спрашиваю, озираясь по сторонам.
Мы сидим на кухне, пьем кофе. Девочки уже доели кашу и убежали в свою комнату играть.
Прекрасное утро, расслабленность и покой. У нас Соней практически всегда было в жизни все спокойно, размеренно и расписано наперед.
Теперь же былой уклад пошел коту под хвост, а мы оказались в открытом море.
Я не знаю, куда грести, на что ориентироваться и за что держаться. У меня есть лишь один столп, мое постоянство. Это Антон.
— Твоей сестры с самого утра не видно, — напрягаю память и понимаю, что права. После вчерашней ночной ссоры Тоня не появлялась.
— Она ушла, — отвечает спокойно. Лишь лед снова появляется в глубине глаз.
— В магазин? — произношу первое, что приходит в голову. — У нас закончились продукты? Так их можно же было заказать.
— Нет, — говорит строго. — Она ушла, — повторяет. Смотрит на меня. — Совсем, — добавляет в конце, чем добивает.
— Из-за нас с девочками, да? — У меня опускаются плечи. Я не хотела причинять кому бы то ни было дискомфорт.
— Ты с малышками ни причем. — Антон ставит свою кружку на стол, берет меня за руку, начинает вырисовывать на тыльной стороне ладони замысловатые узоры. — Просто Тоне пришла пора повзрослеть и понять, какова жизнь на самом деле, — говорит задумчиво.
Чехов погружен в свои мысли.
В последнее время такое бывает довольно-таки часто, ведь на его плечи за короткий срок свалилось много всего.
Мне тоже достается пополной. Взять хотя бы появление Маруси или Захарова, или взрыв…
Сижу не двигаясь, лишний раз стараюсь не шевелиться. Антону нужно побыть наедине со своими мыслями, и если он захотел, чтобы я была рядом, то пусть так и будет.
— Пойми, я люблю свою сестру, — переводит взгляд с переплетения наших рук на мое лицо.
