Близняшки от босса. Сердце пополам

— Если еще трястись перестанешь, то цены тебе не будет, — косится на меня, и я выпрямляюсь. — Адрес матери скажешь? — одну руку оставляет на руле, а вторую — протягивает к навигатору.

Диктую, на этот раз без ошибок, жду, пока Вадим выберет нужный пункт. Но он отвлекается на трель входящего звонка, что раздается на весь салон. Включает громкую связь, чтобы руки не занимать: он и так несколько задач на полном ходу выполняет.

— Привет, зай, — доносится из динамика женский голос. Приторный и визгливый. Хочется прикрыть уши, но я лишь зубы стискиваю.

Боковым зрением замечаю, как морщится босс.

— Да, Лена, — отвечает Вадим прохладно и на меня косится.

Отворачиваюсь к окну, затихаю и принимаю равнодушный вид. Не хочу мешать разговору.

— За-ай, а мы тут… — игриво распевается… его жена? Скорее всего.

— Ближе к делу, я не один в машине, — зачем-то уточняет Шторм.

— Едешь уже? Вот поэтому я и звоню… — щебечет она.

Тараторит что-то дальше, но я не слушаю ее. Все внезапно перестает существовать.

Странный босс, уютный салон его автомобиля, ливень за окнами, звонок чересчур громкой дамы…

Нет больше ни-че-го!

Есть только тоненький визг на фоне, который для меня выходит на первый план. Затмевает все остальное, стирая и устраняя ненужное. Проникает в душу, заполняет ее собой и рвет на части. Жестко, больно, беспощадно.

Есть только… детский крик. Жалобный, немного требовательный и такой… живой.

Всего лишь писк чужого ребенка, который не должен меня трогать.

Тогда почему я рассыпаюсь на атомы, не в силах собраться вновь?

Прижимаю руку к груди, пытаясь унять взбесившееся сердце.

Приоткрываю губы, чтобы сделать вдох, но легкие парализует. И утыкаюсь лбом в холодное стекло.

Есть. Только. Плач дитя.

Зовущий.

Важный.

Знакомый.

И именно он, словно машина времени, отбрасывает меня в тот роковой день, когда я потеряла часть себя…

Глава 9

Год назад

Снежана

— Так, схватка! Тужься! — приказывает акушерка.

Несмотря на то, что тело пронзает импульсами и выкручивает, я слушаюсь.

Стараюсь делать все, что мне говорят. Правда, боль туманит разум. И тогда на помощь приходит четкий, строгий голос.

- Еще!

Я на грани потери сознания, но выполняю все в точности. Ради моих малышек. Спазм прокручивает внутренности, как через мясорубку, и отпускает…

- Дыши! — спокойнее. — Отдыхай, девочка.

Всего пару минут. Запрокидываю голову. Хватаю рукой воздух рядом с собой.

- Анто-он? — жалобно стону в перерыве между потугами.