Пальцы так сильно впиваются в ее кожу, что, мне кажется, она готова вырвать ее с корнем. А звуки? Господи, какие ужасные звуки…Я клянусь, что чувствую ее боль, которая отходит мощными волнами и сносит все вокруг.
Растерянно смотрю на Настю, потом на Оксану и снова на Настю. Они выглядят очень печальными, тактично молчат, давая девушке шанс выплеснуть наружу все то, что так сильно ее беспокоит. Но что это? Что же случилось?
Очень хочется спросить. Правда. Это, знаете…какое-то больное любопытство, а с другой стороны, особая форма участия.
Ведь могло же что-то случиться? Например, с мамой? Или в принципе, с семьей? Или с ее Артуром? О господи! А вдруг что-то случилось с ним?
Я ловлю панику и резко смотрю на телефон, чтобы сразу написать Дамиру. Ведь они вместе! А это значит…стоп.
Не истери.
Если бы что-то случилось, то и другие бы переживали, правильно? Правильно, я тебя спрашиваю? Правильно. А они сидят и молчат. Значит, никто не умирает. Но что же тогда?
Снова бросаю взгляд на девушку.
Ее очень нежно утешает Алекса. Она сжимает плечики, тихо что-то нашептывает, но этого явно недостаточно. А может, Самира просто не воспринимает - тут все может быть. Она вдруг вскакивает на ноги, задыхается, а сама смотрит в экран телефона.
- Она…она…она…написала!
Кто «она»? Хочется спросить, но я снова прикусываю язык.
- Сука! Какая же…какая тварь! Господи! Какая же она тварь!
Мы с Алексой встречаемся взглядами, но она быстро переводит ее на Самиру и тихо спрашивает.
- Что она написала?
- Блядь! Читай!
Телефон летит на шезлонг, а Самира, продолжая часто дышать, отходит в сторону.
Нет, не так. Она ходит из стороны в сторону, как загнанный в клетку зверь. Плачет. Убирает волосы назад и снова плачет. Воет, я бы даже сказала…
А мой взгляд падает на экран ее смартфона.
Сразу расширяю глаза и отвожу их в сторону. Сильно краснею. Первое, что попадается в глаза - это фотография огромного, стоячего члена, который сжимает небольшая ручка с длинными, черными ногтями-стилетами.
Хороший маникюр.
Может, и мне такой сделать?
Господи, о чем я думаю?...да о чем угодно лучше, чем о члене мужчины, которого я знаю лично! Боже!
Краснею, разглядывая свои пальцы, но тут же вздрагиваю, когда Самира орет.
- ЧИТАЙ, БЛЯДЬ!
Алекса шумно сглатывает.
Она поднимает телефон, ее руки заметно подрагивают, да и голос тоже. Он тихий и какой-то…убитый.
«Ну что, сучка? Съела? Я тебе говорила, что он всегда ко мне возвращается.
