Сейчас он весь из себя ангел с нимбом над головой, но что будет через год? Ты же слышала, как его имя скандируют на стадионах. Ему скоро предложат жирный рекламный контракт. Он станет еще популярней. Знаешь, что приходит с популярностью? Множество сочных девок. Не все из них идиотки. Не все они действуют в лоб. Некоторые умеют соблазнят покруче Казановы, моя дорогая. Нет, не пойми превратно, сейчас он отбивается и держит оборону стойко, но ты думаешь, это надолго? Измена в нашем мире - неизбежность. Некрасивое слово.
Я его не люблю. Поэтому никогда не употребляю и играю на опережение, чтобы не рубить в груди своей женщины дыру. Мы с Настей, возможно, грязные и недостойные твоих высоких, моральных принципов, но мы вместе. И мы будем вместе, а вы?
Раньше я бы непременно ударила его даже за попытку говорить о моих отношениях, но сейчас не могу.
Даня это знает.
Я слишком напугана, и я уже чувствую и вижу предвестники приближающейся катастрофы.
Он прав.
Сейчас Дамир держится, но где гарантия того, что однажды я не получу сообщение, где какая-то беспринципная тварь будет писать мне про свою вагину и пепси-колу?
- Свободные отношения и открытый брак для таких, как мы - это спасение, Катя.
Это эксперимент и наслаждение без лишней возни. Без боли. Без вранья. Ты меня можешь считать кем угодно, но, если выражаться твоим языком, я люблю свою супругу. И я люблю только ее. Не обманываю, не устраиваю постельные пляски за спиной. Она все знает. Я перед ней голый. Каждый раз. Я честен, открыт, и я полностью ей принадлежу.
Это звучит парадоксально, но такова правда. Я не Артур, который ебет свою наглую тварь каждый раз, когда Самира голову в сторону отводит. Он слишком много ей позволяет, но знаешь что? Несмотря на то, какой я весь из себя мудак, если бы какая-то блядь отправила что-то даже на один процент похожее моей жене...я бы ее убил. В тот же миг, когда она хотя бы подумала, что имеет право унижать мою женщину, горло бы ей перегрыз к хуям собачьим! Вот это любовь. Она грязная, некрасивая, но вот так это должно на самом деле работать.
Трепаться может каждый. Треп - это гребаный мусор. Я не люблю трепаться. Не люблю розовые сопли, но я за свои слова отвечаю. Можешь у Насти спросить. Сколько телок написали ей? Даже просто написали. Я уже молчу про фотку моего члена и той гадости, которую ты слышала.
Золотов отпускает меня, а потом встает. Я медленно поднимаю на него глаза, и пусть положение наше мне не нравится, но сейчас я не только физически ниже него.
