Блондинка-рабыня

Ошеломленный, Феннер молча смотрел на нее несколько секунд, не находя слов. Неожиданно она проговорила безнадежно:

— Но что же со мной будет?

— Не думайте об этом сейчас, — с жаром убеждал девушку Феннер. — Ну, поговорят дня три-четыре и успокоятся… Вы так молоды… У вас все еще впереди…

Он говорил еще что-то — только бы не молчать… Сейчас необходимо говорить хоть что-нибудь — все равно что. Убеждал ее в чем-то… Но сам не верил в то, что говорил, и понимал: она уже ничему не поверит!

— Вы сказали, что он мертв, но это неправда.

 — Девушку передернуло… — Он живет во мне. — У нее вырвался жест отчаяния. — Я не знаю, что решит мой отец. Сначала мне казалось, что это невозможно — со мной не могло этого случиться, именно со мной. Но теперь я знаю, что это правда. Но что же со мной теперь будет?!

Лоб Феннера покрылся холодным потом. Такой ситуации он не предвидел. Ему стало страшно.

— А если я пошлю за вашим отцом? Позвольте ему приехать!

Одним движением головы она отвергла это предложение.

— Он ничего не сможет сделать для меня.

Он будет потрясен — вот и все. Нужно, чтобы я сама, одна, нашла выход. До этого моя жизнь была сплошным праздником. У меня никогда не было огорчений. И вот представился случай показать, на что я способна, не так ли? У меня такое чувство, что я в западне. Некоторые могут многое перенести, потому что верят в Бога. Я же никогда ни во что не верила. Знала только, что могу купить все, что захочу. — Ее странная улыбка пугала Феннера. — Может быть, и правда, будет лучше, если я повидаю этого доктора. Он мне даст кое-что. Вы сказали, что потом я смогу смотреть на все это по-другому. Мне только нужно опереться на кого-то. У меня нет сил самой выйти из этого положения. Наверное, это потому, что у меня всегда была возможность рассчитывать на чью-то помощь. Но это уж моя ошибка. Я никого в этом не обвиняю — только себя.

— Я пойду за доктором, — предложил Феннер. — Не будьте так жестоки к себе. После всего, что вы пережили, совсем не удивительно, что вам необходима поддержка.

Все устроится как нельзя лучше. Самое главное — выдержать эти несколько дней, а потом все будет хорошо.

Улыбка мисс Блэндиш превратилась в гримасу.

— Пожалуйста, не можете ли вы поторопиться? — вежливо спросила она. — Я нуждаюсь в… кое в чем. Доктор знает, что мне нужно. Все это время меня кололи наркотиками…

— Пойду поищу его. — Феннер быстро направился к двери.

Оставив дверь широко открытой, он вышел в коридор и позвал одного из полицейских.