Боец 2. Лихие 90-е

Но главное в такого рода боях — отсутствие правил. Парочка поперла на меня, совершенно позабыв об очередности, которую они нагло нарушали. Тренер, который стоял в трех метрах от нас, нарушение видел, но никак не отреагировал.

Понятно."

"Я ударил друг о друга перчатки, когда двое пошли в атаку. Перекрываться во второй раз — смысла нет. В прошлой минутке один из рубак хорошо нашел мою печень своим коленом, и еще один удар туда отправит меня на скамейку запасных. А значит, единственный вариант — рубиться. Они поперли на меня, я бросился навстречу, рассчитывая донести шальной удар.

Пан или пропал.

Ставку сделал на летящее колено…

Прыжок. Удар.

Мое колено врезалось в черепушку одного из соперников, тот в последний момент наклонил голову и встретил колено лбом. Просел, отшатнулся, его тряхнуло, но на ногах пацан устоял. Я же, нанося рисковый удар, открылся и боковым зрением увидел, как его кореш выкинул в мою голову свинг. Твою мать!

Глава 3

Удар я видел, даже поднял перчатки, успел перекрыться… бил соперник, как мул копытом.

И, судя по всему, пацан кое-что в единоборствах соображал. По крайней мере, заставив меня поднять руки, следом всадил очередное колено по печени — с лету, как черепашка ниндзя. От него защититься я уже не успел. Я услышал резкий сигнал свистка от тренера, и как же вовремя. Нехорошо выключаться из боя, но именно это я и сделал, полагая, что закончилась минутка.

Боль пришла не сразу, но потом накрыла меня волной. Резко дыхание перехватило, ноги подогнулись, и я грузно опустился на пол, ловя воздух открытым ртом.

Нокаут от удара по печени — самое неприятное, что только можно представить в единоборствах. Ты вроде и в сознании, а острая боль лишает рассудка, ощущения как от почечной колики. Несколько минут я сидел, очухиваясь и приходя в себя. Злость брала, обидно до чертиков! Неужели я в шаге до финальной черты с дистанции сошел! Можно было чуть корпус повернуть, и удар бы пошел вскользь. Но не доработал, подготовки в новом теле не хватило.

— Живой?

Это Владимир Степаныч передо мной вырос.

Боль начала отпускать, я уселся на пятую точку прямо на пол, делая первый вдох полной грудью. Звездочки перед глазами все еще мелькали, поэтому тренера я видел размыто.

— Ж-живой, — прошипел я, все еще через стиснутые зубы.

Владимир Степаныч кивнул, по плечу меня хлопнул.

— Ну поздравляю, Боец.

— С чем? — удивился я, кривясь от отступающей боли.

Так себе — принимать поздравления по отлету в нокаут по печени.