Боец 2. Лихие 90-е

В этот момент как раз вернулись Муха и Рябой, закончившие осмотр кустарной мастерской. Мужик даже сумму не успел назвать, когда Муха вклинился в наш разговор.

— Э! При таком раскладе, блин, — бандит принялся костяшками пальцев щелкать. — Ты, оказывается, тут целый бизнес провернул, а мзду кому платишь?

— Какую мзду? — включил дурачка нелегальный предприниматель.

— Обычную, — прищурился Муха, потирая кулаки.

— Никому не плачу — честно признался мужик, немного сникнув.

— Крыша тебе нужна, — подключился Рябой.

 — Кто мы, знаешь?

— Кладбищенские, — проявил дюжую осведомленность слесарь, только скользнув глазами по кольцу бандитов, а потом тихо добавил. — Без крыши обойдусь, не протекает.

Муха хмыкнул, башкой замотал, подошел к «Москвичу» и взял лежавший рядом с открытым капотом молоток. Принялся им по ладони постукивать.

— Так протечет, погоду пасмурную предсказывают, — улыбнулся он хищно.

Слесарю эта сцена не по душе пришлась, но надо ему должное отдать, мужик мяться не стал, смотрел прямо в глаза бандиту.

Что-то мне подсказывает, что дядька этот не промах и наверняка имел дела с криминалом до этого.

— Короче, слесарек, к вечеру делаешь нам тачку в счет будущих побед, а там уже дальше че как — отдельно решим, — выдал Муха.

Самостоятельный, блин.

Хозяин мастерской промолчал, может, и хотел что сказать, но не успел. Я посчитал нужным вмешаться. Подошел к Мухе, приобнял его за плечи и в стороночку отвел, дабы один на один перетереть.

— Брат, ты давай, велосипед не придумывай.

Мужик честный, нечего его кидать на бабки с порога, — объяснил я бандиту. — Зауру завтра о точке новой расскажем, а там — ставить его на бабки или нет, не нам решать.

— Че не нам-то? — от души возмутился Муха. — Он тут бабки в своих гаражах лопатой гребет, а делиться — не делится.

— Ну вот Заур и скажет, с кем и сколько, лады? А пока сколько мастер скажет, столько заплатим, ты же хочешь, чтобы нам тачку к вечеру сделали? Вот и я тоже хочу.

Мой помощничек, видимо, вспомнил, как грозен был Заур из-за тачки, и немного примолк.

— Вот хрен его знает, я бы его прессанул, — произнес Муха уже не так решительно, затылок поскреб, задумчиво оглядывая гаражи мастерской.

— Скажут прессануть — прессанем, сейчас же не будем самоуправством заниматься, — заключил я.

— Как скажешь, брат, — тут он вдруг хитро прищурился: — А если Заур предъявит, что это мы чинилу сразу на бабки не поставили?

— Вот когда спросит, тогда я и отвечу.

Мухе было нечего возразить.