Боец. Лихие 90-е

"

"Я взгляд на штангу перевел и почувствовал, как брови на лоб поползли. Есть чему дивиться — штанга не такая, как я в зале тягал, а ржавая, блины в рыжей корке без резиновой оболочки, где они откопали такой снаряд? Да и вес смешной. Килограмм восемьдесят от силы. Но именно эту штангу с меня ребята стащили.

СТОП!

Я ведь другой вес поднимал. Да и штанга тоже другая была, да и какого черта творится с моим голосом? Глюк что ли словил? Наверное, из-за того, что былое время в подвальной качалке вот такое ржавое железо тоннами тягал.

Вот и чудится хрень всякая. А вообще, конечно… Что «вообще» не успел додумать, потому что у меня, в прямом смысле этого слова, челюсть отпала.

Твою дивизию! В старом зеркале на стене, я увидел молодого паренька, сидевшего на скамье для жима. Тоже усатого! Щуплый, чуть сутуловатый, я последний раз в такой комплекции в восьмом классе был. Бин, но тот парень в отражении — я. Проверил догадку — рукой помахал и отражение в зеркале помахало со мной синхронно.

Девчонка в рваных джинсах благо не заметила, за Витьком метнулась.

И тут как по голове обухом огрело. Это что получается?.. Похоже, меня штангой так крепко придавило, что совсем крыша поехала. Ага, точно… Глюки все это. Как еще объяснить, что вместо современного и комфортного зала, я вдруг попал в качалку, аля Люберцы 90-х годов. Вон потертые чугунные гири в уголку стоят, томятся. На блеклой, выкрашенной в зеленую краску стене пришпилен плакат с Ван Даммом с надписью «Кровавый спорт».

Под ногами доски скрипят. Краска с них слеза, вмятины и потертости. Без резиновых ковриков пол оказался беззащитным перед грубым железом. Тренажеры вокруг ржавые и колченогие, такое ощущение, что сварены из подручного материала… чистый хардкор и олдскул.

— Сереж, зря ты так грубо с Виталиком, сам же позвал его помочь! — всплеснула руками девушка, которой так и не удалось остановить усатого качка.

Такс… В моем глючном сне можно общаться. Это гуд. Не скучно в коме лежать.

Немного остывая от первых эмоций, я вымерил ее взглядом. В отличие от моей однокурсницы Ленки, фигура у девочки вполне ничего, хотя немного спорта ей бы не помешало. Правда в зале она явно не для того.

— А ты кто такая, мать? — спросил я в лоб.

— Я кто такая… — она растерялась, растерянная улыбка сменилась вдруг на злость. — Знаешь, Сережа, а я вот рада, что на тебя штанга упала! Хоть немножко у тебя самоуверенности поубавиться.