Боец. Оборотни

Передо мной очень симпатичная девушка, одетая как на дипломатический прием.

Кивком приветствую даму, и она тут же берет меня под руку.

Веселой парочкой выходим из номера в коридор.

Я улыбаюсь, моя же спутница заливисто хохочет.

Спускаемся на лифте.

В холле отеля я с ходу отмечаю несколько людей, которые, без сомнения, ведут наблюдение за выходом.

Наверняка отель уже обложили со всех сторон.

Но на меня и на мою спутницу никто внимания не обращает.

Я делаю вид, что шепчу девушке на ухо что-то смешное, и она вдруг, резко остановившись, сгибается пополам.

Девушка протягивает ключи служителю отеля, и тот шустрит, чтобы пригнать нашу машину.

Уже два дня она живет в этом отеле с моим двойником.

Я двойник этого мужика или он мой двойник для такого грима – не важно.

Важно, что мы с девушкой вне подозрений, и это наблюдателям подтвердят служащие отеля, потому что днями раньше эта девчонка и ее мужчина сделали все, чтобы их заметили и запомнили сразу, с момента вселения.

Нам подгоняют серебристый «ягуар» с московскими номерами. Девушка садится за руль, и мы трогаемся с пандуса.

Через полчаса наш «ягуар» паркуется возле ресторана.

Проходим внутрь, делаем заказ.

После общения с официантом я удаляюсь в туалетную комнату. Захожу в кабинку. Снимаю с лица грим, очки, усы, парик. Пакую все в непроницаемый пакет и прячу его в бачок унитаза. Пакет скоро заберут.

Но я знаю, что сейчас другой человек, как две капли воды похожий на меня, каким я был пять минут назад, вернулся за столик к девушке.

Выхожу из туалета, сворачиваю в служебный коридор и появляюсь на улице со двора ресторана.

Перед дверьми черного хода стоит фургон, принадлежащий ресторану. Быстро забираюсь внутрь, и машина тут же срывается с места.

Через двадцать пять минут фургон останавливается, и я выхожу. Фургон тут же отъезжает.

Достав из кармана ключи, жму кнопку брелока и сажусь за руль черного «фольксвагена пассата».

Достаю сигареты, закуриваю. Вытаскиваю из «бардачка» свой новый мобильный телефон, набираю номер.

Голос на том конце линии подтверждает, что все прошло удачно и я могу продолжать свое дело дальше.

Естественно, все это говорится закодированными фразами, и постороннее ухо ни черта не поймет.

Поспать этой ночью мне опять не удастся. Жаль.

Владимир Семенович Говорухин отложил папку на край стола, потянулся до хруста.