И лишь после того, как Бриан ободряюще сжал мою ладонь в своей руке, до меня дошло, что это я не сдержала эмоций. И было отчего. Пусть я с Куком не была настолько дружна, как парни, но даже мне известно, что для племени Кука означает их вождь, старейшина, которого они называют большим отцом. Король у нас един для всех, но тундровцы подчиняются ему больше формально, во всем, что не касается их внутренней кухни. Впрочем, к ним и не лезут, позволяя жить так, как им угодно, пока это не задевает интересов других жителей нашего мира.
Отцом они зовут его не просто так. Это личность, которая без особой необходимости не использует доверие своего народа, но если уж отдаст приказ, то никто не станет спорить и уточнять, сколь бы самоубийственным он ни казался. Сказано прыгать со скалы — значит, там воздушная сетка, или скрытый от взглядов выступ с мягким сугробом, или тебя подстрахует маг-стихийник… Доверие было безграничным. И меня просто морозом обдало, стоило представить, что могла сделать тварь руками большого отца, обладая такой властью.
— Как… как давно? — хрипло выдохнул Морид. Каждый из нас думал об одном и том же.
— Странности замечать начали в прошлом году, — с усилием выдавил Кук, болезненно скривившись. И сложно было понять, какая именно боль его терзает больше: физическая или духовная. — Но случаи, когда кто-то пошел на охоту и не вернулся или внезапно покинул тундру, решив навестить дальних родственников, были и прежде. Просто… Вы же понимаете. Большой отец всегда знает о каждом из нас, печется о нашем благе…
— Это он приказал тебе вернуться в стойбище? — Бриан присел на край кровати и взял друга за руку.
В этом жесте было столько тепла и поддержки, что у меня вдруг запершило в горле."
"— Да, — кивнул Кук и прикрыл глаза. — Я не мог ослушаться. Мы все поняли слишком поздно. Часть стойбища успела откочевать в безопасное место, но… совсем малая часть. В основном молодые. Наши корни остались в руках твари. Кто-то уже под ее властью, кто-то добровольно, чтобы дать уйти остальным.
— Твои родители? — сдавленно охнул Фо.
— Остались добровольно. — Коукервилле болезненно сжал губы. — У меня было задание уйти тайными тропами в центральный дистрикт. И рассказать о том, что тварь уже почти замкнула кольцо.
— Но там была засада? — озвучила практически очевидное я, быстро облизав пересохшие губы.
В палате было достаточно прохладно, но на меня словно наваливалось душное ватное одеяло, мешая связно мыслить, дышать.
