То есть наша тоже…
— Все верно. Только теперь она эрлесса Джойс Гранди-Флоренс, — не менее траурно подтвердил я.
Джойс
Самопишущее перо скользило по бумаге, повинуясь моему взгляду, и послушно выводило каллиграфически идеальные буквы. Им предшествовало несколько страниц расчетов, разбавляемых не менее идеальными рунами.
Мне не терпелось перейти от теории к практике, но пока было малость не до того.
— ...это будет прелестно! — вещала моя мама, сияя восхищением в глазах.
Я честно делала вид, что с интересом слушаю, попутно перенося на бумагу свои мысли об ускоренном размножении мимикрирующих водорослей.
Если я все правильно высчитала, это будет просто прорыв в науке! Данные водоросли используются при создании маскировочной ткани, но из-за того, что растут очень медленно, находятся в постоянном дефиците. Лучшие маги-ботаники вынуждены вливать в них уйму сырой магии, чтобы ускорить рост, и все равно этого недостаточно. Мой же способ помимо увеличения скорости предполагал существенную экономию ресурсов.
— Джойс, ты снова витаешь в облаках и меня не слушаешь? — Мамин голос звучал огорченно. На ее лице отразилась искренняя печаль, а в уголках глаз, кажется, даже блеснули слезы.
Как всякая светская львица, она умела плакать так, чтобы не испортить макияж, подчеркнуть свою ранимость и хрупкость, заставить собеседника терзаться чувством вины, а в результате выдавить желаемое. Противостоять этому можно, но как же муторно и энергозатратно! Не говоря уж о потере времени.
Чтобы этого избежать, я как раз и создавала видимость участия в каком-то очередном пустом разговоре, краем уха отмечая отдельные фразы.
Мои родители посетили очередное светское мероприятие, встретили множество знакомых. В связи с чем папа восстанавливал душевное равновесие в своем кабинете наедине с перцовкой. А маме не терпелось поделиться впечатлениями со мной, раз уж я с ними не пошла, предпочтя посвятить время учебе.
— Да-да, очень милый мальчик, — рассеянно отозвалась я, быстро проанализировав, не пропустила ли я чего важного.
Кажется, речь шла об очередной несложной комбинации с целью выдать меня замуж. Но несмотря на все попытки моей мамы воспитать из меня истинную эрлу, по интересам похожа я на нее была, как венерина мухоловка на розу. Так что все предыдущие попытки сватовства провалились.
Убедившись, что я не возражаю, мама расплылась в умиленной улыбке. Бумагу и перо за своей спиной она не заметила, что позволило мне и дальше записывать план будущего эксперимента.
