Для её мира – это явно чрезмерное умение, оборачиваться в кого-то другого.
- Я чуть умом не поехала, стараясь сохранить собственное сознание, - продолжила она, - не раствориться в этой жажде спалить всё к аховой матери!
- Успокойся, малышка, ты не что-то неведомое, ты очень редкая птица – феникс.
- Обалдеть, - прошептала она спустя минуту, - я «хищный маленький птиц» под названием феникс! А я-то думала, что удивиться сильнее, чем, проснувшись после крушения самолёта, уже не смогу.
- Не такой уж и маленький! Ты, главное - не волнуйся – это не страшно, просто надо потренироваться сливать твоё сознание с огненной ипостасью и не теряться в нём.
- Чудесно, а я-то боялась заскучать в этом мире, но нет, он преподносит мне развлечения на каждом шагу! – всплеснула девушка руками и, встав с постели, промаршировала в ванную.
Не пошёл за ней, так как лисе надо немного успокоиться."
"Но ё-моё феникс! Где это видано?! Сам думал, что это выдумка далёких предков! Ан нет, моя малышка и тут отличилась.
Люблю её, не даст заскучать, лишь бы не спалила!
Смеялся я сам не знаю чему? Счастью, видимо.
Глава.42
Аси-Лиса
Я пыхтела в ванной как злобный ёжик. Даже не знаю, что раздражало меня сильнее, то, что я превращаюсь в какой - то огненный пернатый комок или то, что Криспина это не смущает, а скорее даже веселит. Ему-то, конечно, хорошо, это же не он становится огнеопасные фиговиной, не помнящей себя.
Яростно плескала водой себе в лицо, чтобы хоть немного успокоиться, прийти в себя, сбросить негативную энергию.
Помогало мало, но я решила принять холодный душ, а то от моих рук уже стал подниматься парок.
Стояла, засунув голову под холодные струи воды, но помогало как - то слабо, хотелось что-то сделать, сокрушить стену, сбросить накопившуюся энергию, чтобы она не распирала меня изнутри.
И когда я уже совершенно отчаялась успокоиться, на плечи легли знакомые руки мага. Он мягко провел ладонями вдоль спины, затем перевел их на живот, поднял обратно, ласково сжал грудь, целуя в затылок.
Я замерла, словно олененок перед охотником.
Радостно-возбуждённые мурашки пробежали по спине и ногам, а душивший меня внутренний пожар, приобрел определенное направление. Когда Криспин прикусил мне плечо, я была уверена, что осыплюсь горкой пепла, и, не помня себя, развернулась, чтобы впиться поцелуя в губы мага, а дальше уже соображала через раз, пылал уже разум, а не только тело.
