Бог Боли

Я глажу кожу на ее животе, вверх и вниз в мучительном ритме, который влияет на состояние моего члена.

Не имеет значения, сколько раз я связываю, шлепаю, бью или трахаю ее. Как только я кончаю, мне нужно еще.

Больше.

И, блядь, еще больше.

Хуже всего то, что дело не только в сексе с Анникой. Дело в ней.

Дело в том, как она подчиняется моему господству, она мазохистка для моего садизма.

Потребность полакомиться ею постоянна, интенсивна и бесконечна.

— Тебе понравилось? — спрашивает она по дороге на парковку.

Я прижимаю большой палец к ее коже, затем продолжаю свой ритм.

— Очень.

— А я-то думала, что ты не любишь кино.

— Я говорил не о фильме.

Анника, должно быть, заметила изменение в моем тоне, потому что она делает паузу, ее губы разошлись, и розовый цвет расплылся по ее щекам и фарфоровой шее.

— Ты... ты...

— Ты действительно потеряла дар речи?

Она делает вдох.

— Клянусь, я становлюсь такой только рядом с тобой.

Я улыбаюсь и притягиваю ее к себе, когда несколько детей пробегают мимо нас к родительским машинам.

— Чему ты улыбаешься? — она тычет меня в бок. — Это не смешно.

— Это забавно.

— Хорошо, что я развлекаю тебя.

Она дуется, и это выглядит, блядь, очаровательно.

Настолько очаровательно, что я дразняще шлепаю ее по лбу.

Она поднимает на меня глаза.

— Нет, нет, даже не пытайся флиртовать со мной.

— Это то, что я делал?

— Ага. Ты просто думаешь о том, как пристегнуть меня к своей кровати и заставить меня умолять.

— Я?

— О, пожалуйста. Я вижу, как садизм светится в твоих глазах, ты знаешь. — Вздох. — Если кто-то скажет, что трудно быть твоей игрушкой, я полностью поверю.

— Ты не моя игрушка.

Она замирает, розовый оттенок снова возвращается на ее щеки.

— Тогда кто же я?

— Ты моя.

— Есть ли разница?

— Я никогда не оставлял игрушек на долгое время.

— До меня?

— До тебя.

Она снова тычет в меня, прикусывая уголок губы."

"— Ты говоришь и делаешь все правильные вещи сегодня.

— Я не беззаботный.

— Никто другой не обвинил бы тебя в этом. Но не волнуйся, я сделаю беззаботную часть за нас обоих. Я позабочусь о том, чего ты не можешь, и наоборот.

— И что же это?

Она вырывается из моих объятий и встает передо мной, затем начинает считать на пальцах.

— Я буду планировать все свидания и следить за тем, чтобы вокруг не было много людей.