Бог Боли

Вот почему я держала дистанцию.

Реми и Брэн забрали его в тот день, и Реми сказал, чтобы Илай ни в коем случае не узнал об инциденте с похищением или попыткой пыток его брата.

— Если псих Илай узнает, что это случилось с Крей-Креем, он сожжет весь особняк дотла, убедившись, что на этот раз в нем находятся все язычники, — сказал Реми.

— И он позаботится о том, чтобы никто не смог спрятаться от его гнева, — сочувственным тоном продолжил Брэн. — Прими это от нас, Анни. Илай и Лэн — те люди, которых лучше избегать, и никогда, ни при каких обстоятельствах, не становиться на их плохую сторону.

Я не видела и не разговаривала с Крейтоном с тех пор, как его забрали.

Вскоре после этого он прислал мне несколько сообщений, в основном спрашивая, все ли у меня в порядке и как мне удалось его вытащить, и на этот раз именно я игнорировала его.

Может, я и приняла смелую меня, но она не может быть безрассудной. Не тогда, когда я уверена, что угрозы Джереми могут стать реальностью в мгновение ока.

И, возможно, это в любом случае к лучшему.

Кроме того, после пожара между тремя клубами начались совершенно грязные отношения.

До сих пор неизвестно, кто стоял за пожаром — Змеи или Элита, или это были совместные усилия.

Напряжение в обоих университетах нарастает, и это очень похоже на холодную войну. Все три клуба собирают свои силы, и никто не знает, когда может начаться хаос.

Сегодня мне удалось убедить Джереми разрешить мне пойти в приют без охраны.

Он разрешил, только если охранники останутся снаружи, так что я не могу жаловаться.

Первое, что я делаю, как только прихожу, — бегу проведать Тигра. Я бегу трусцой к его клетке, ухмыляясь впервые за неделю.

— Скучала по тебе, малыш! Как ты...

Я останавливаюсь, когда на месте, где должен был быть Тигр, оказывается маленький хомячок.

Мое сердцебиение учащается, и я медленно отступаю назад. Гарри, который идет по коридору, замечает меня и подбегает.

— Где ты была, девочка? Мы соскучились по твоему лицу.

— Я была занята в школе, — предлагаю я, когда он отстраняется. — Эй, Гарри, где Тигр?

— Тигр? — повторяет он. — А, Тигр, кот, которому ты позволила покататься на своем лице? Он ушел.

Я чуть не падаю в обморок, мои ноги делают шаг назад. Гарри хватает меня за руку и хлопает по лбу.

— Господи, я и мой рот. Под я «ушел» я не имею в виду «умер». Нет, нет.