Я не могу двигаться.
Ларри прижимается к моему бедру, его прикосновение обжигает материал моего платья и ставит клеймо на моей коже.
Я не хочу, чтобы он прикасался ко мне, но не могу его остановить.
Черт, я даже не могу нормально дышать.
Состояние беспомощности вырывается на поверхность, бурля тошнотой и ужасающим страхом.
Как раз когда я думаю, что меня сейчас стошнит, большая рука хватает Стивена за плечо. Мужественная, покрытая венами, очень знакомая рука.
В мгновение ока Стивена откидывает назад с такой силой, что он едва не сбивает с ног еще нескольких человек.
Клянусь, мое сердце трепещет, когда я вижу, кто именно оказался передо мной."
"Мои глаза скользят по внушительному телосложению Джереми, по джинсам и кожаной куртке, обтягивающей его мускулы, прежде чем они наконец останавливаются на его холодном, пустом лице.
Хотя оно не особенно отличается от его обычного выражения, сейчас есть что-то необычное.
Эмоция, настолько сильная, что витает в воздухе и пронизывает меня до костей.
Гнев.
Он стекает с Джереми в безумной манере, когда он сжимает Стивена с видимым бесстрастием, но скрытой яростью.
То, что кипит под поверхностью и приводит к ужасным последствиям.
— Отвали, — он отбрасывает Стивена, как будто тот ничем не отличается от бесполезной тряпки.
Ларри, который стоял позади меня, подходит к своему другу и бросает испуганный взгляд в нашу сторону, вероятно, узнав Джереми.
И хотя он не склонен к насилию на публике, за исключением случаев, когда это происходит на бойцовском ринге, все на острове знают, что с ним не стоит связываться.
Даже я это знаю.
И я все равно пошла в его особняк в тот первый раз. Иногда я ненавижу и восхищаюсь этой версией себя в равной степени.
Медленно, скованность покидает мои мышцы, но я остаюсь застывшей на месте, по совершенно другой причине.
По той причине, что Джереми здесь. На публике. Не пытаясь скрыть факт нашего знакомства.
Стивен снова начинает двигаться в нашу сторону, отмахиваясь от Ларри, который пытается его удержать.
— Мы были здесь первыми, — рычит он в лицо Джереми, явно не понимая царящей здесь атмосферы и, вероятно, не узнавая его.
Джереми бьет кулаком в лицо Стивена с такой силой, что окружающие задыхаются.
Он падает на пол, зажимая кровоточащий нос и причитая.
— Я сказал, — Джереми возвышается над ним. — Блядь. Отвали. Еще раз тронешь ее, и кровь из носа будет наименьшей из твоих забот.
