Черт, он даже покупает мне мангу, удобную одежду и мой любимый чай, называя меня при этом стереотипной англичанкой, которая любит свой чай.
Я ценю легкость в его выражении лица, когда он видит меня, и мягкость в его голосе, когда он говорит.
— Спи. Я никуда не уйду.
Эти маленькие моменты тепла, трещины в его холодной внешности — вот что заставляет меня надеяться на большее.
Но, с другой стороны, я не уверена, что это то, чего я должна хотеть от такого человека, как Джереми.
— Сесилия! — Анника машет рукой перед моим лицом, и на этот раз я действительно выныриваю из этого состояния.
Или пытаюсь.
Мы с Анни находимся в местном кафе, куда она любит заходить, наверное, потому что там есть ее любимый яблочный сок.
Оно большое, но уютное, с пастельными тонами и пушистыми предметами, свисающими с потолка.
Многие студенты приходят сюда между занятиями, но Анни заглядывает сюда при любой возможности. У нас есть немного времени до нашей смены в приюте, поэтому она и затащила меня внутрь.
— Что? — я делаю глоток чая.
Ани сужает глаза — яркие сине-серые, совсем не похожие на напряженные глаза ее брата.
— О чем ты так сосредоточенно думала, что полностью отгородилась от меня?
О твоем брате.
Я, конечно, этого не говорю. Черт, мне даже не хочется думать о том, как она посмотрит на наши нетрадиционные отношения, если узнает о них.
Анника может сказать, что ее брат — невыносимый тиран, который играет роль ее надзирателя, но девушка может и обожать его.
Он защищал ее с самого рождения, и, возможно, это часть причины, по которой я предпочитаю думать, что под ледяным покровом у него есть немного человечности.
Я провожу пальцем по ободку своей чашки.
— Просто школьные дела.
— Если бы все были такими прилежными, как ты, когда дело доходит до учебы, мир стал бы лучше, — она усмехается. — В любом случае, я хотела сказать, ты слышала о группе футболистов КУ, которые были отстранены от занятий, потому что их тесты на наркотики дали положительный результат? И это еще не самое худшее.
Они попали в аварию по дороге в аэропорт и едва избежали смерти. Некоторые до сих пор в больнице.
— Вау. Звучит серьезно.
— Я знаю, правда ведь? Как будто это кажется слишком удачным, не так ли? Видимо, Килл и Газ думают так же, потому что сегодня утром, пока мы завтракали, они спросили Джереми, не имеет ли он к этому отношения, потому что они видели, как Илья бродил вокруг тех игроков.
— Илья?
— А, ну да. Ты, наверное, не знаешь его.
