— Отвечает от его имени Сесилия. — Как Илай.
Я не разрываю с ним зрительного контакта.
— Что ты изучаешь?
— Бизнес.
— Что ты планируешь делать после университета?
— Займусь семейным бизнесом.
— Каким?
Незаметно, но я чувствую, как напрягается поза Сесили рядом с матерью, прежде чем она телепортируется ко мне.
— Хочешь вина?
— Я не пью, помнишь?
— Ах, да. Извини.
Я сужаю на нее глаза, и она опускает голову. Что-то тут нечисто. Сесилия знает, что я бросил пить задолго до ее рождения. В прошлом я иногда выпивал, по особым случаям и только тогда, когда моя жена держала меня за руку, но много лет назад я совсем перестал пить.
Мое внимание падает на Джереми, который носит свое пустое выражение лица, как вторую кожу.
— Так что ты сказал, какой твой семейный бизнес?
— Я так и не сказал.
— Тогда продолжай. Продолжай.
— Мой отец — один из крупнейших акционеров корпорации. У нас бесчисленное количество дочерних компаний во всех областях, включая, но не ограничиваясь, импорт и экспорт, электронику, медицинские исследования, автомобили и инвестиции.
Сесили медленно расслабляется, а Ким улыбается.
— Звучит грандиозно
— Так и есть. Как наследник моего отца, я должен принять на себя эти обязанности скорее раньше, чем позже.
— Но ты еще так молод, — говорит Ким. — Разве ты не хочешь сначала прожить свою жизнь?
— Возраст — просто цифра. Я был готов к этой роли с самого детства.
Моя жена гладит руку нашей дочери."
"— Сеси тоже с детства хотела заниматься психологией.
Она говорила, что хочет уметь правильно выслушать тех, кого никто не слушает, и суметь дать им помощь, в которой они нуждаются, но не знают, как попросить. Думаю, ответственность — это то, что вас обоих объединяет.
— Я знаю. — Он смотрит на мою дочь, глаза которой блестят от слов матери. — Она выслушала меня так, как никто другой.
Сесилия поднимает голову, и они сохраняют зрительный контакт в течение отвратительного количества времени, прежде чем я хлопнул стаканом с водой по столу.
— Ты просто бесстыдно эксплуатируешь мою дочь, не так ли?
— Папа! — Сесилия укоряет меня с умоляющим взглядом, а Ким гладит тыльную сторону моей руки, без слов прося меня перестать быть засранцем.
Дело в том, что эти двое слишком хорошо знают, что я не могу им отказать.
Даже если они просят меня о невозможном.
Поэтому я стараюсь свести свои язвительные замечания к минимуму, наблюдая, как он без труда околдовывает моих девочек.
