Я не ожидала, что ты сразу же простишь меня, но и не ожидала, что ты будешь относиться ко мне неуважительно и высмеивать мои чувства.
Он медленно закрывает глаза, и если бы я не знала лучше, то подумала бы, что ему больно. Но это всего лишь проекция моих чувств и принципов на бесчувственного человека.
Я снова плачу, слезы текут по моим щекам и затуманивают мое зрение, пока он не превращается в искаженные линии и тени.
Когда он снова открывает глаза, они становятся яснее и почти раскаиваются.
— Прости меня.
Мне было больно думать, что ты никогда не выберешь меня, и я выместил это на тебе.
— Если бы ты хоть немного доверял мне, ты бы знал, что я никогда так с тобой не поступлю. Но ты решил растоптать мои чувства, признание, на которое у меня ушло столько мужества. Я сказала тебе, что люблю тебя, но ты предпочел мне свой гнев и проблемы с доверием.
— Блядь, lisichka. Прости меня. Позволь мне загладить свою вину перед тобой. — Он берет мою руку в свою."
"Кожа в месте сплетения его пальцев горит, и мне требуется все, чтобы игнорировать эффект, который производит на меня его физическое прикосновение.
— Ты чуть не убил меня в том переулке.
— Я бы никогда этого не сделал. Я бы причинил боль себе, прежде чем причинить боль тебе.
— Ты уже сделал это, Джереми! Может быть, не физически, но ты пронзил мое сердце своим отказом. И я больше не могу так поступать. Я не могу простить тебя, когда боюсь того, что ты сделаешь с моими чувствами при малейшем намеке на неприятности или если снова увидишь рядом со мной Лэна.
Знаешь, когда я лежала на полу, чувствуя, как кошмар начинается заново, мое сердце было тяжелым от боли, которую ты причинил. Я не могу жить в страхе до конца своих дней, Джереми. Я просто не могу.
Его лицо твердеет с каждым моим словом, как будто он чувствует их, а не слышит.
— Если ты предлагаешь мне отпустить тебя, то я этого не сделаю.
— Тебе придется, или я возненавижу тебя. — Я убираю свои руки от него. — Уходи.
Его глаза сужаются, и глубокая боль охватывает его черты.
— Сесилия...
— Прощай, Джереми.
А потом я ухожу обратно в палату со свежими слезами на глазах и решимостью, сжимающей мое сердце.
Я не позволю никому снова причинить мне боль.
Даже мужчине, который, я уверена, является любовью всей моей жизни.
Глава 42
Джереми
Сесилия ясно дала понять, что покончила со мной.
Я дал понять, что это не так.
Так что с тех пор мы застряли в пустом круге.
