Затем втягиваю его член в себя до тех пор, пока не чувствую рвотные позывы. Его губы приоткрываются, дыхание становится поверхностным и громким, когда он делает толчок, требуя еще большего трения.
Об меня.
Держа руку у основания его члена, я обхватываю его яйца, сначала дразня, а потом сжимая, пока он не начинает дергаться, сильнее толкаясь в мой рот.
Я не могу перестать смотреть на его переполненное похотью лицо, на то, как он наблюдает за мной одновременно с ненавистью и удивлением.
Похотью и смятением.
Вот так, цветок лотоса, отдай мне свои эмоции. Накорми меня своим треснувшим контролем.
— О, черт… О, черт… — повторяет он как мантру, его толчки становятся безумными, и я позволяю ему получать удовольствие, сжимая его яйца и насаживаясь ртом на его длину.
Запустив кулак в мои волосы, он сильнее прижимает меня к себе, чтобы трахнуть мой рот.
Я проникаю под его рубашку, провожу ладонью по твердому прессу и вцепляюсь в сосок, потягивая и сжимая.
Он шипит и стонет.
— Я… я… кончаю, Нико… блять… я кончаю…
Его толчки становятся звериными, он с остервенением вбивается в мой рот. Я царапаю своими тупыми ногтями по его соску и сжимаю ствол около его кончика.
Это приводит его к кульминации.
Брэн издает протяжный хрип, который эхом отдается по моей коже, а его сперма вырывается на мой язык и в горло. Соленый вкус задерживается у меня во рту и образует непонятное месиво на губах.
Я продолжаю сосать и глотаю каждую каплю, даже когда его член истощается, и он еще несколько раз двигает бедрами, доводя себя до оргазма.
Через некоторое время он дважды моргает, широко раскрыв глаза, и неохотно убирает руки.
— Я… черт. Прости, что устроил беспорядок.
Какой джентльмен, мой прекрасный принц. Только он мог извиниться за такое горячее, как ад, шоу.
Я выпускаю изо рта его член с хлюпающим звуком и не могу удержаться, чтобы не подразнить скрытое отверстие языком, прежде чем встать и схватить его за челюсть.
— Мне не нужны твои извинения.
Я определенно сделаю из тебя еще больший беспорядок.
Мои губы прижимаются к его, и он без малейшего колебания позволяет мне целовать его, поглаживая мой язык своим, пробуя себя с моего рта.
Его руки обхватывают мою спину, ладонь поднимается к голове, и он гладит мои волосы, медленно, чувственно, словно компенсируя то, как он дергал их всего несколько минут назад.
Брэн не такой, но он страстно целуется. Он проникает глубоко и яростно.
