Я смотрю на свою картину и испытываю желание опрокинуть ее и сжечь. Идеальный силуэт горы и озера, над которым я работал неделями, кажется фальшивым, полностью противоречащим тому, что на самом деле хотят создать мои пальцы. Я создал много картин, в существовании которых не хочу признаваться, но над этим идеально ухоженным пейзажем работать было чертовски трудно.
Мама сказала, что, возможно, это потому, что я не сосредоточен, но она не знает, что я не мог быть более сосредоточенным. Просто все как-то неправильно.
Рисование пейзажей было моей опорой на протяжении многих лет. Мой способ избежать создания чего-либо с глазами. Но это больше не работает.
Если уж на то пошло, я начинаю видеть их в том же свете, что и Лэн. Жалкие. Посредственные. Неоригинальные. Скучные.
Скучные.
Чертовски скучные.
Я достаю телефон и смотрю на сообщение, которое отправил Николаю сегодня, потому что он не присоединился ко мне на утренней пробежке.
В первый раз, когда он не пришел — в день той ссоры, — я почувствовал такую глубокую пустоту, что не знал, как ее объяснить.
На следующий день эта пустота стала еще больше, и я не обращал на нее внимания.
Однако сегодня мне было трудно дышать. Этот придурок своими бесконечными вопросами и бесстыдным флиртом оставил след в каждом уголке нашего бегового пути, так что я не могу пройти мимо, не почувствовав его тени.
Почему он взял это в привычку, если не собирался ее придерживаться?
Поэтому я отправил ему сообщение.
Брэн:Выспался?
Николай:Нет.
Брэн:Тогда почему не пришел?
Николай:Скучал по мне?
Брэн:Мечтай.
Он прочитал, но не ответил. Каков дерзкий ублюдок.
Брэн:Ты меня игнорируешь?
Николай:Не очень-то приятно, когда с тобой меняются ролями, да? И, отвечая на твой вопрос, я позаимствовал страницу из «Словаря Ублюдка Брэндона» и решил к черту не приходить. Точно так же, как ты бросил меня вчера вечером.
Брэн:Мы не договаривались, что я буду приходить каждую ночь.
Николай:Тогда приходи каждую ночь. Так же, как я бегаю с тобой каждый день.
Брэн:Не могу. Ты же знаешь.
Николай:Я ничего не знаю.
Брэн:Ты просто смешон.
Николай:Я? Смешон? Иисус, блять, Христос. Ты видел свое лицемерное лицо в зеркале в последнее время?
Видел. Каждый день. Мне приходится заставлять себя держаться подальше от него, чтобы не увидеть эту чертову черную дыру одиночества. И от того, что он говорит об этом, мне не становится легче в этой чертовой ситуации.
Дыши.
Дыши, блять.
Брэн:Это бесполезно. Давай прекратим разговор.
