Бог располагает!

 — По крайней мере, я почти уверен, что в этом не будет нужды. Впрочем, так или иначе, поехать вместе с вами я бы не мог. Что скажут люди, увидев нас втроем?

— Ах, да какая разница, что они скажут? И потом, если нельзя обеим, то хоть одна из нас может последовать за вами?

— Одна? Без другой? А что же станется с матерью без дочери или с дочерью без матери?

— Но не можете же вы отправиться в путешествие один? — настаивала Фредерика.

— А кто же будет вас сопровождать?

— Надежный друг, который с величайшей охотой позаботится обо мне.

Последнюю фразу Юлиус произнес каким-то странным тоном.

— Послушайте, отец! — воскликнула Фредерика. — Вы хотите нас успокоить, но видно же: вы что-то скрываете. Вы приехали очень грустный, это вы, кому обычно бывает так весело здесь. И потом, вы со мной говорили совсем как отец, покидающий свою дочь и боящийся ее больше не увидеть. Вы мне сказали, что вы уже старый и долго не проживете, что я должна быть готова к этому, но у меня останется матушка.

Вы просили простить вам все горести, которые мне причинили вопреки своему желанию, как будто мне есть что вам прощать, тогда как, напротив, мне остается только благодарить вас за все! Ну вот, я и говорю: раз вы сегодня такой, значит, у вас от меня какая-то тайна. Или вы считаете, что очень больны, или собрались уезжать. Вы на пороге то ли большого испытания, то ли долгого пути, это же видно. Отец, я вас умоляю, скажите нам, что с вами. Если вы больны, наше место у вашей постели. Пусть свет думает все, что ему угодно, — я хочу ухаживать за вами.

— Я не болен, — сказал Юлиус, и взгляд его смягчился. — Посмотри на меня; по моему лицу ты можешь заметить, что мне даже лучше, гораздо лучше, чем все последние месяцы. Судьба возвратила мне жену и дочь, а с ними вместе и здоровье.

— Так, значит, вы уезжаете? — вмешалась Христиана.

— Послушайте, — вздохнул Юлиус, поняв, что, отрицая абсолютно все, он не имеет никакой надежды убедить их. — Возможно, что мне и в самом деле придется уехать на несколько дней.

Но ничто пока не решено. В любом случае я уеду не раньше чем дня через три. Стало быть, у нас еще будет время увидеться и поговорить.

— Вы не уедете, не повидавшись с нами? — оживилась Христиана.

— А у меня есть средство заставить вас сдержать обещание! — вмешалась Фредерика.

— Не проститься с вами сегодня.

— О! — пробормотал Юлиус.

— Я прекрасно вижу, на что вы рассчитываете! — продолжала прелестная шалунья.