Бог Разрушения (ЛП)

Так что нет, Николай не подойдет к моему брату ближе, чем на километр — по крайней мере, не с функционирующем членом — но не мешало бы заставить его поверить, что я допущу это по своим скрытым мотивам.

Его кулаки сжимаются, но он не двигается.

— Что ты делаешь? — Джереми спрашивает его. — Ты хотел этого, разве нет?

Рычание Николая наполняет воздух, и он пинает одну из машин. Громкая сигнализация заполняет тихую парковку, а он продолжает рычать, как загнанный в угол зверь.

Я похлопываю его по плечу и шепчу:

— Брэн хороший, а я нет.

"— Пошел нахуй.

— К счастью, ты не в моем вкусе, — а вот твоя сестра — да.

Но я не говорю этого, пытаясь остаться вежливым и, главное, сохранить на сегодня свои яйца в целости и сохранности. К тому же я и так уже избит.

Я неторопливо сажусь в машину и с громкими оборотами двигателя уезжаю, наблюдая за тремя дураками в зеркало заднего вида.

Никогда не наступит тот день, когда я окажусь в одном ряду с ними.

Глава 23

Мия

— Что случилось? — показываю я, судорожно вглядываясь в окровавленное состояние Николая.

Он полуголый, его лицо представляет собой карту багровых синяков, разбитая губа и опухший глаз. Хуже всего то, что в его потемневших глазах застыл маниакальный, отрешенный взгляд.

— Обычный бой, — дипломатично отвечает Джереми, не пытаясь скрыть фальшивый тон.

Киллиан ведет Николая в гостиную и с нулевой мягкостью бросает его на один из диванов, затем идет к шкафу и достает аптечку.

— Больше похоже на то, что его избили ни за что, — мой кузен прижимает спиртовую марлю к залитому кровью носу Нико. — Я стал студентом-медиком не для того, чтобы исправлять ваши ошибки.

— Кто-нибудь скажет мне, что происходит? — я смотрю на них троих.

С тех пор как Майя и Гарет уснули, я вышагивала у входа в особняк и представляла себе всевозможные сценарии. Мне в голову не приходило, что все будет настолько плохо.

Представьте себе мою реакцию, когда они втроем вернулись после часа ночи. У Киллиана раздраженное выражение лица, а Николай, похоже, готов убить целую деревню.

Джереми — единственный, кто кажется достаточно спокойным, когда говорит:

— Он дрался с Лэндоном.

Мое сердце так сильно колотится, что мне приходится несколько раз сглотнуть, чтобы перевести дыхание.

— Кто кого пригласил? — показываю я.

— Лэндон, — говорит Джереми.