Бог Разрушения (ЛП)

Мы вместе выросли, так что он мне как брат.

— Понятно, — на долю секунды мне кажется, что я вижу ухмылку, но, должно быть, мне показалось, потому что она быстро исчезает.

Я играю белыми, как обычно, и начало идет хорошо. В мгновение ока мне удается использовать приемы, которым меня научил Лэндон, но, в отличие от Фрэнка, Кейден не остается в стороне. Он парирует каждый из них и загоняет меня в угол.

Последний этап игры — это, по сути, моя безнадежная война с его неустанной и высокостратегической атакой.

— Шах и мат, — наконец объявляет он с бесстрастной холодностью.

Я поджимаю губы и изучаю доску, пытаясь понять, где я ошиблась.

— Хотите знать, где вы ошиблись? — спрашивает он, вопрос явно риторический, поскольку он продолжает. — Вместо того, чтобы играть в шахматы, вы играете в предательскую, похожую на войну игру, без каких-либо кодексов чести. Вместо того, чтобы сосредоточиться на деталях, вы были слишком заняты, пытаясь перехитрить меня.

— В шахматах главное — обыграть игрока, а не игру, — печатаю я, а затем вздрагиваю.

"— Вам нужно быть психологически сильнее своего противника, прежде чем вы решите попытаться сыграть с ним.

— Я склонен согласиться, — низкий, глубокий голос застает меня врасплох.

Я была настолько поглощена своим трагическим поражением, что на мгновение потеряла бдительность. Не кто иной, как Лэндон, безжалостно воспользовался этой брешью, чтобы приблизиться ко мне.

Он вошел внутрь, надев на себя бесстрастность, как вторую кожу, и психопатию, как черту характера.

Его волосы уложены, и я чувствую запах дорогого одеколона, который, похоже, был создан исключительно для него.

По позвоночнику пробегает холодок — реакция бегства пронзает все мои внутренности.

Мне нужно бежать.

Бежать…

Лэндон останавливается рядом с моим креслом и непринужденно обхватывает мое плечо рукой, как будто это самое естественное движение в мире.

Его пальцы впиваются в голую кожу моей верхней руки, удерживая меня в полной неподвижности. У меня поднимается температура, и, к моему ужасу, это не связано с яростью, а скорее с возмутительным ощущением.

Например, как приятно его прикосновение.

Как сильно мое тело изголодалось по его интенсивности.

Ласке.

Неизвестности.