Бог Разрушения (ЛП)

Без границ, кроме самого неба.

Все это благодаря той важнейшей роли, которую играет в моей жизни Лэндон. С тех пор как он пробил себе дорогу через мои стены, я испытываю любопытное чувство новизны, приключений и счастья.

Тогда я поняла, что до него я только существовала, но не жила по-настоящему. Я была настолько захвачена своей детской трагедией, что позволила ей сковывать и диктовать мне мою жизнь.

Но неважно, насколько уверенной или решительной я была, я все равно позволила монстру управлять самой основой моего существа и навсегда украсть мой голос.

Может быть, именно поэтому всплески счастья, которые я испытываю в последнее время, кажутся мне неполноценными, с огромной черной дырой посередине.

Если у меня не получится справиться с этим, то я знаю, что дыра будет расширяться и, возможно, поглотит все хорошее. На данный момент я ничем не отличаюсь от ребенка, который строит дом из песка на пляже и ожидает, что он останется стоять после удара волны.

Я все еще предпочитаю держаться за тщетные надежды и искры счастья с отчаянием утопающей женщины.

Просто не могу рассматривать другие обстоятельства, при которых полное счастье и покой совершенно невозможны.

Может быть, во сне.

Если я проснусь, то не смогу выжить.

Мой пульс не успокаивался с тех пор, как я переписывалась с Лэндоном.

Это было час назад.

Я закончила ухаживать за садом, сняла перчатки, освежилась и ждала его.

И ждала.

Но никаких его следов до сих пор не обнаружила.

Я стою у высокого окна, выходящего на подъездную дорожку, но моя машина — единственная там.

Я в тысячный раз проверяю свои часы.

Он сказал, что будет здесь через пятнадцать минут, но прошло уже явно больше. Не мог же он написать мне из Лондона или еще откуда-нибудь, верно?

Это начинает меня беспокоить. Тем более что он так и не ответил на последующие мои сообщения с вопросом о его местонахождении. Лэн всегда отвечает на мои сообщения.

Всегда.

Телефон вибрирует в руке, и я проверяю его так быстро, что чуть не роняю.

Я такой ужасный друг.

Брэндон:Привет. Лэн с тобой, да?

В груди сжалось, и по позвоночнику прокатилась волна беспокойства.

Брэн знает о нас и даже сказал мне, что Лэн, похоже, впервые искренне старается не быть мудаком. Однако он никогда не спрашивает о нас и о том, чем мы занимаемся.