Бог Разрушения (ЛП)

Но есть два момента, которые противоречат тому факту, что она шпионит за ним.

Первое, Майя никогда не прячется. Несколько недель назад она надушилась своими любимыми духами, подошла к Джереми, покачивая бедрами, и спросила его, когда он перестанет совершать ошибки и выберет ее.

Она попыталась провести своими красными ногтями по его челюсти и пофлиртовать с ним, на что Джереми почтительно оттолкнул ее. Он не только совершенно не заинтересован, но и знает, что, если Нико заметит, как она приударяет за его лучшим другом, начнется бойня.

Во-вторых, она даже не смотрит на Джереми и на самом деле, кажется, больше заинтересована в том, чтобы следить за передвижениями охранника, Ильи. Высокий, молчаливый блондин, чей голос я слышала всего пару раз."

"Я знаю это, потому что Джереми прислонился к стене, а Илья — тот, кто ходит вокруг, достает некоторые ингредиенты из шкафа и добавляет их в сковороду на плите.

Они говорят по-русски — что-то о Змеях, Элите и возмездии. Майе на все это насрать.

Но мне нет.

Особенно когда я улавливаю имя в диалоге Джереми.

— …Лэндона нужно поставить на место.

Мое сердцебиение учащается, и я прячусь, подражая преступному поведению Майи.

Я пристально смотрю на свою грудь, как будто вижу, как мое сердце барахтается и достигает метафорического пика.

Серьезно, что, черт возьми, со мной не так? Одно упоминание его имени, и я немедленно оказываюсь в таком состоянии.

Мои щеки пылают при воспоминании о прошлой ночи. Карающая тьма, зловещий голос и непримиримая похоть.

Меня больше смутила сила моей реакции, чем его психованная сущность.

Как я могла увлечься бесчувственным нарциссическим психопатом, который уничтожил бы меня и всех, кто мне дорог, в мгновение ока?

— У тебя есть план? — спрашивает Илья, все еще сосредоточившись на сковороде.

— Мы обсудим это с остальными позже, но одно могу сказать наверняка. Как только я доберусь до этого ублюдка, я сломаю ему руку и уничтожу его маленькое лепящее хобби.

Однако это не хобби.

Я читала статьи о его первой выставке несколько лет назад и видела потрясающе красивые статуи, за которые он получил множество наград. Он — талант мирового масштаба, и, хотя раздражает, что он знает это и даже злорадствует по этому поводу, это не отменяет того факта, что он настоящий гений.

Психованный гений, ну да ладно.

— Мне нужен кто-то, кто постоянно следовал бы за ним, не вызывая подозрений, — продолжает Джереми.

— Я сделаю это, — говорит Илья.

— Нет.