Девушка послушно следовала за администратором, хотя взгляд ее продолжал блуждать словно в поисках кого-то или чего-то. Она села за столик и, впервые подняв на Борисевича глаза, спросила низким голосом:
— А… Татьяну Александровну увидеть можно?
— Татьяну Александровну? — переспросил Борисевич, почесав затылок. — А… простите, кто это?
— Ну… — девушка явно растерялась. — Девушка такая, светленькая, она еще убийством Перфильева занимается.
И посмотрела на Борисевича так, словно он занимался убийством Перфильева в паре с Татьяной Александровной.
У Семена Абрамовича резко упало настроение. Естественно, он понял, что эта незнакомка разыскивает ту самую дамочку, которая вместе с милицией крутилась в ресторане и задавала всяческие вопросы, связанные с треклятым убийством. Она, кажется, даже на короткой ноге с самим подполковником убойного отдела. Семен Абрамович насторожился. Все, что касалось этого убийства, плохо отражалось на его самочувствии.
— А вы, простите, по какому вопросу? — осторожно поинтересовался он.
— По личному, — уклончиво ответила девушка.
— Дело в том, что Татьяны Александровны сейчас нет… — так же уклончиво сказал он. — А вы не пробовали ей позвонить?
— У меня нет ее телефона, — развела руками девушка."
"— Тогда подождите, пожалуйста, я попробую с ней связаться. А может быть, пройдете в мой кабинет? Я заместитель директора ресторана, может быть, смогу чем-то помочь?
Однако незнакомка на его вопрос отрицательно покачала головой.
Потом, вздохнув, попросила:
— Принесите мне, пожалуйста, кофе.
И, чуть подумав, добавила:
— И коньяку.
— Сейчас я распоряжусь, — кивнул Семен Абрамович и исчез.
Пройдя в служебное помещение, он первым делом набрал номер директрисы и рассказал о визите незнакомой дамочки. Однако Маргарита Георгиевна находилась, кажется, не в лучшем состоянии. Во всяком случае, она несчастным голосом поведала, что больна, что у нее раскалывается голова, что она уже ничего не знает и ничего не может и мечтает лишь, чтобы ее оставили в покое.
— У вас где-то должна быть визитка этой женщины, Маргарита Георгиевна, — напомнил Семен Абрамович. — Помните, она оставляла? Может быть, найдете? Я бы позвонил ей…
Но Маргарита Георгиевна, находившаяся в растерянных чувствах, не помнила ничего. Она явно приняла дозу чего-то алкогольного, впала в слезливо-инфантильное состояние и абсолютно ничем не могла быть полезна.
