— Просто он считал, что есть некоторые вещи, которые важнее их.
— Это какие же, например?
Томилин внимательно посмотрел на меня, затушил сигарету и сказал:
— Я не хочу бросаться высокими словами, но если бы, допустим, у меня возникли проблемы, Влад не задумываясь отдал бы мне свои сбережения.
— То есть он высоко ценил дружбу, — уточнила я.
Томилин ничего не сказал, но я прочитала ответ в его глазах.
— А у вас не возникало никаких проблем? — следом спросила я.
— Я вас умоляю, — улыбнулся Томилин.
— Я вовсе не хочу ничего накаркать, — улыбнулась в ответ я. — Просто анализирую то, что вы сказали. Может быть, узнав о ваших проблемах, Влад сам захотел вам помочь?
— Ну-у-у! — протянул Николай. — Это уж вы чересчур перегнули. Влад, конечно, был надежным другом, но все же не донкихотом. А потом, он мог это сделать ради любимой женщины, но не ради давнего друга.
— Да, пожалуй, вы правы, это я глупость предположила, — согласилась я. — Но я просто никак не могу ухватить кончик ниточки.
Все, за что ни возьмешься, — не то. И даже вы, человек, много лет знавший Калиниченко, не можете сказать что-то наверняка.
— Не могу, — подтвердил Николай, — хотя искренне хочу.
— Ну что ж, — я посмотрела на часы и обнаружила, что двадцать минут, отведенные Николаю его пожилым коллегой, уже давно истекли, и решила не злоупотреблять гостеприимством.
— Я вас прошу, если все же что-то выясните, сообщите мне лично, пожалуйста, — на прощание попросил Томилин, протягивая мне свою визитку.
Уже сидя у себя в машине, я задумалась, анализируя недавний разговор. Конечно, ничего конкретного Томилин мне не сказал. Но все же довольно четко описал личность Влада Калиниченко.
В принципе, этот человек обладал такими качествами, что его мог кто-то пригласить исполнить роль киллера: хорошо развит физически, спокоен, хладнокровен, уверен в себе, не болтун… Но! Киллерами соглашаются стать в первую очередь ради заработка. Для Влада же этот момент, по словам его друга Николая Томилина, не был принципиальным.
Почему же он согласился? Что сыграло решающую роль в его выборе?
Он знал Перфильева лично, и этот человек здорово ему насолил? Но ведь Томилин утверждает, что человека по имени Сергей Перфильев не было в окружении Калиниченко. Или Томилин ошибается? А может быть, врет? Но почему? Он сам как-то замешан в этой истории? Мне рассказ Николая показался довольно искренним.
