— Можешь так думать, если тебе от этого спокойнее спать по ночам.
— Что это значит?
— Поезжай домой, — повторяет он и поворачивается, чтобы уйти. Когда он доходит до двери, то бросает на меня мрачный взгляд через плечо. — Одна.
Я сопротивляюсь желанию показать ему средний палец, пока стою на месте в ярости, мое тело горячее, а сердце стучит так громко, что я удивляюсь, как оно не вырывается из груди на уродливый ковер на полу.
Мое состояние настолько дезориентировано, что мне нужно время, чтобы взять себя в руки.
Спустя десять минут я нахожу дорогу обратно на танцпол. К черту Илая и его приказы, которые определенно не будут выполнены.
Я позволяю поглотить себя бурлящему вихрю экстаза, смеси веществ и эмоций, которые переносят меня в царство гедонистического блаженства. Среди потерянных душ и пустых оболочек я нахожу утешение и принятие, чувство принадлежности, которое заставляет все остальное отойти на второй план.
Поэтому я выпиваю еще одну рюмку, танцую до упаду, а потом соглашаюсь присоединиться к Олли и другим на продолжение вечера.
К черту Илая.
К черту виолончель.
К черту мою гребаную голову.
Когда мы выходим на улицу, уже где-то около часа ночи.
Мне не стоит садиться за руль, но дом нашего друга Раджа находится в десяти минутах езды, а дороги в это время пустые, так что все должно быть в порядке.
Кроме того, я неплохо держусь на ногах, так что еще даже несильно пьяна. Просто достаточно выпила, чтобы видеть мир через розовые очки — мой любимый цвет.
Спотыкаясь, я сажусь в машину и говорю остальным, чтобы они ехали вперед.
Олли предлагает подвезти меня, но я с улыбкой отказываюсь.
Перед тем как выехать с парковки, я, как первоклассная врунья, пишу Сесили, что я дома. Но лишь потому, что она не сможет уснуть, если узнает, что я все еще не там.
Чего не знают Сеси и мои родители, так это того, что я отказываюсь от мысли проводить лишнее время в одиночестве.
Господи. Не могу поверить, что через пару недель я заканчиваю университет. Что я буду делать без буфера, который был у меня в универе?
Заводить других друзей? Вступать в тысячу и один клуб?
Мне отчаянно нужно держаться подальше от орбиты моих родителей, пока они обо всем не догадались.
Вздохнув, я засовываю все эти мысли в самый дальний угол своего мысленного шкафа, пока поправляю макияж.
Мой телефон вибрирует, и я замираю, увидев, что это сообщение от Илая.
Железный Человек: Ты едешь домой?
Ава: Неопознанный абонент. Кто это?
Железный Человек: Лучше бы так и было.
