Тебе причиняют боль.
Я качаю головой, мой подбородок дрожит.
— Я просто… я просто хотела доказать, что я не ребенок. Что я… — я делаю шаг к нему, потом еще один, несу свое сердце в руках, несмотря на тупую боль. — Ты мне нравишься, Илай. Всегда нравился.
— А ты мне — нет.
Четыре жалких слова едва не разнесли весь мой мир вдребезги. Я изо всех сил пытаюсь устоять на ногах, смотреть на него сквозь мутное зрение, пока в моем наивном сердце растут шипы. Сердце, в которое он вдохнул жизнь — жизнь, которую сейчас из него высасывают.
— Потому что я ребенок? В следующем году мне будет восемнадцать…
— Потому что мне наплевать на тебя и твои блестящие, совершенно идеалистические чувства. Развернись и убери свое отвратительное присутствие из поля моего зрения, а я сделаю вид, что не слышал твоих постыдных признаний.
Когда я этого не делаю, слишком занятая поиском осколков своей раздробленной гордости, он обходит меня.
— Это мое первое и последнее предупреждение. Если ты еще раз попытаешься совершить такую глупость, я тебя уничтожу.
А потом он уходит, оставляя меня с разбитой мечтой, разбитым сердцем и глубокой, сокрушительной ненавистью к любви.
И к нему.
Глава 10
Ава
Настоящее.
Чем дольше Илай смотрит на меня, тем сильнее напряжение обвивается вокруг моей шеи и сжимает ее, как ядовитая змея.
Он уже смертельно отравил меня — это было и больно, и необратимо. Мне потребовалась вся моя решимость, чтобы вырваться из его орбиты.
Я тратила бессонные ночи и драгоценные слезы на этого ублюдка, и мне пришлось полностью изменить свое мышление, чтобы избежать его.
После того дня, когда он так жестоко наступил на мое наивное сердце, я думала, что хочу умереть.
Глупо, правда, когда я думаю об этом сейчас.
Но в тот момент все превратилось в черный дым, и я почувствовала себя такой несчастной, что задумалась о своей смерти.
Я так рада, что Крей нашел меня в оранжерее до того, как я успела предаться мрачным мыслям. Он позволил мне проплакать на его плече целый час, не говоря ни слова, и я никогда не забуду, как он меня утешал.
Это абсолютная трагедия, что я не была по уши влюблена в него, а не в его брата-тирана, но, опять же, нельзя просто так диктовать требования своему сердцу.
Я выбросила письмо, которое написала ему, в ближайший мусорный бак и, чтобы смыть кровавый поцелуй Илая, поцеловала Вэнса.
Сесили остановила меня, пока я не наделала еще больше глупостей, например не перепихнулась с парнем просто из вредности.
