Бог злости

Я сделала это.

Я…

Я даже не закончила праздновать в своей голове, когда в воздухе раздался громкий стук. Воздух вырывается из моих легких, когда мои колени ударяются о камни со смертельной силой, которая выбивает мои мысли из головы.

Я не могу дышать.

Я не могу дышать...

И тут я понимаю, что он повалил меня, с силой сжав горло и ударив по макушке."

"И на этот раз он хочет меня задушить. Мои ногти впиваются в его запястья, мой инстинкт выживания срабатывает, как у животного, попавшего в ловушку.

Но я словно наталкиваюсь на стену.

Чертовой несокрушимой крепостью.

Он даже сжимает пальцы, пока я не убеждаюсь, что он оторвет мою голову от шеи.

— Вариант с побегом не был в меню, не так ли? — Его голос звучит далеко и смешивается со звоном в моих ушах. И если я не ошибаюсь, он стал глубже, ниже, превратившись в темный оттенок черного.

Гораздо хуже, чем бесцветная ночь.

Даже его тусклые глаза стали пустынными — хуже любого оттенка, который я могла бы представить.

В этот момент он не что иное, как хищник.

Бессердечный, хладнокровный монстр.

— П-пожалуйста... — кричу я, и это эхо, как песня призрака, отдается в окружающей нас ночи.

Я даже не могу молиться, чтобы какой-нибудь прохожий нашел нас. В конце концов, Девлин выбрал это место, потому что оно изолировано.

Девлин и я выбрали это место.

Кто мог подумать, что в нем нас ждут такие разные, но трагические судьбы?

— Пожалуйста? — тянет он, словно проверяя, как это слово звучит на его губах.

Я пытаюсь покачать головой, но это невозможно из-за его хватки на моей шее.

— Пожалуйста, используй свои губы или, пожалуйста, используй свою киску и задницу? — Он делает паузу, затем толкает меня назад, пока моя голова не наклоняется в сторону обрыва. — Или превратить тебя в шедевр?.

С моих губ срываются придушенные звуки, звучащие скорее по-звериному, чем по-человечески.

Опять эта эскалация — напоминание о том, что это игра власти, и если я продолжу бороться, он просто сделает это еще ужаснее, чем я могу себе представить.

Неважно, как сильно я сопротивляюсь, бесчеловечный незнакомец, кажется, не замечает этого. На самом деле, он маниакально поднимает плечо, как проклятый преступник, не испытывающий ни малейшего раскаяния за свои преступления.

— Если ты не выбираешь, я сделаю это за тебя...

— Губы, — процедила я, не понимая, как мне удалось выговорить это слово.

Я даже не уверена, как, черт возьми, я все еще в сознании, учитывая, с какой силой он держит меня.