Видимо, тот объяснил для себя хмурый вид хозяина чем-то совершенно определенным.
— Я неправильно сделал, что впустил ее? — поинтересовался слуга, подняв брови."
"Ни за какие сокровища мира Родриго не показал бы, что находится в полнейшем замешательстве из-за своей амнезии. И естественно, он ни за что не станет посвящать слугу в свои проблемы. Хотя ему нестерпимо хотелось узнать, почему дворецкий усомнился в том, что посетительницу нужно было впускать, он лишь многозначительно промолчал.
Они пришли в редко используемую комнату для гостей, куда до этого в целях конспирации Карлос привел нежданную посетительницу.
Мисс Паола Вудкок оказалась красивой высокой шатенкой с большими серыми глазами, смотрящими из-под длинных ресниц. Все — и небрежная легкость движений, и то, как она была одета, и чуть вальяжная, но при этом эффектная и умела выбранная поза — все выдавало в ней женщину из высших слоев общества. Скорее всего, она была или моделью или актрисой.
— Как же я волновалась! — начала Паола томным низковатым голосом.
— Когда ты не приехал вчера, я подумала, что у тебя просто много дел. Но, услышав об аварии, в которую ты попал, я поспешила к тебе приехать, забыв про все предосторожности!
Родриго был несколько ошеломлен такой неожиданно теплой встречей, а потому отпрянул назад и холодным взглядом стал тщательно изучать посетительницу.
— Как видишь, волноваться незачем, — поколебавшись, осторожно ответил он, все-таки решив обращаться к ней на «ты». — Я в полном порядке.
Паола деланно вздрогнула. Если она и актриса, то весьма посредственная, промелькнуло в голове у Родриго.
— Не будь таким холодным со мной, — плаксивым голосом сказала она.
— А разве я холоден? — эхом отозвался хозяин дома. Он старался выиграть время, чтобы решить, как ему вести себя с этой женщиной.
Тем временем та надула тщательно накрашенные губы и бросила на него выразительный взгляд. Искусственность, с которой она проделывала каждое свое движение, начала вызывать у Родриго отвращение.
— Я знаю, — вздохнула Паола, — я знаю, что мне не следовало здесь появляться, потому что мы должны быть очень осторожны. Но ведь на дворе давно уже не девятнадцатый век.
Так вот в чем дело! Разрозненные обрывки информации выстроились в голове Родриго в четкую картину. В его мозгу зазвучало единственное слово, и это слово было непечатным. Теперь понятно, почему Карлос, всегда олицетворявший вселенское спокойствие, казался напряженным.
