Богатые тоже плачут. Книга 1

Твое отношение ко мне я знаю. Но я убежден, рано или поздно мы наконец расстанемся с Эстер.

– Я это много раз слышала!

– Да, возможно. Но я разведусь, увидишь. Потому что я прав.

– Что ж, тогда я и поверю.

– Но ты подумала о том, что будет, когда через несколько месяцев я добьюсь развода, а ты уже будешь замужем?

– К тому времени я сумею забыть обо всем, что нас связывало. – Марианна холодно посмотрела на него и, чуть смягчившись, добавила:

– До свадьбы, Луис Альберто, остались считанные дни.

И, наверное, потом мы не сможем видеться никогда. Мне бы хотелось сохранить хорошие отношения с тобой, чтобы вспоминать только доброе…

Глава 74

Рамона еле держалась на ногах… И хотя, как могла, уговаривала Эстер оставить эту затею с похищением денег из сейфа, заклиная не брать их, не исчезать, та будто не слышала ее, совершая все с каким-то яростным ожесточением. Никогда прежде Рамона не видела свою девочку в таком состоянии.

Ложь, кругом одна ложь… Ее, бедную, опутали сетями шантажа… И теперь, конечно, чтобы разом разорвать порочный круг, Эстер ушла. Убежала тайком, а ей, Рамоне, пригрозила молчать. И как назло, едва Рамона зашла в кухню, Мария стала с сочувствием расспрашивать об Эстер, но видя бледность лица кормилицы, засуетилась, предлагая сердечных капель, таблеток от головной боли, крепкого чая. Рамона была на грани истерики, слезы стояли в горле от незаслуженной обиды и оскорблений, услышанных на прощанье. За что ей выпало такое? Всю жизнь она посвятила своей единственной девочке, верно и преданно служила ей. Но гордыня и непомерные амбиции, упрямство, даже в такой критический момент жизни, не заставили смягчиться душу Эстер, обратиться сердцем к единственно близкому на всем свете человеку – матери.

А тут еще, как нарочно, едва Рамона вышла из кухни, явился Луис Альберто: ему о чем-то неотложно нужно было переговорить с женой: «Где она? В комнате ее нет», – подозрительно глядя на кормилицу, допрашивал он.

И тут же донья Елена в который раз интересовалась, не вернулась ли еще Эстер, жалела, что не могла пойти проводить ее к доктору Гомесу… Почему не проводила сама Рамона, допытывалась она. Молодая сеньора не пожелала взять ее с собой. Просто запретила, заплакала Рамона.