Желудок был полон, музыка — терпимой, и вообще нас пообещали завтра подбросить до города на машине.
Все складывалось так удачно, что это не могло быть простым совпадением. Фортуна явно улыбалась мне во все лицо, а это означало, что нужно приготовиться к созерцанию ее обратной части."
"Однако ночь прошла мирно и без приключений. Только Лёха время от времени то чего-то бормотал, то огорченно вздыхал в своей временной тюрьме. Но, к счастью, всем вокруг на это было плевать.
А вот утро началось с пронзительного женского визга.
Еще не продрав глаза, я подхватился и на автомате принялся искать меч у пояса. Но потом очухался, вспомнил, где я и бросился на помощь. Деметра, предусмотрительно прихватив на всякий случай мои пожитки, поспешила за мной.
Лагерь между тем напоминал поле боя после Куликовского сражения. Безжизненные тела лежали как попало и где угодно, кто-то даже сверху на смятых палатках, украсив их содержимым своего желудка. Кроме нас с Деметрой на крик отреагировали еще двое, но штормило их из стороны в сторону просто безбожно.
Визг доносился из маленькой палатки, стоявшей чуть поодаль от всего остального городка.
— Эй, что случилось? — спросил я, сунувшись в сетчатое окно над входом.
Но ответа уже не потребовалось.
Ругнувшись в сердцах, я рывком расстегнул молнию, полез внутрь и вытащил наружу спальный мешок с очень худым синюшно-бледным парнем без признаков жизни.
Поднявшая крик девчонка перешла с визга на подвывание и следом вылезла из палатки на четвереньках. Выглядела она сейчас немногим лучше своего приятеля.
Присев рядом с парнем, я первым делом расстегнул спальник и попытался нащупать пульс у него на шее.
— Он не отзывается… — сквозь всхлипы с трудом проговорила девчонка. — Я его звала… Звала…
— Под чем он? — прямо спросил я, нащупав едва трепещущую жилку на худосочной шее.
— Да ты че, брат, — ответил за девушку один из восставших из мертвых участников ночного загула. — Это ж Святоша, он даже мясо с сахаром не принимает.
— И что же он тогда здесь делал?
— Музыкой наслаждался, — икнул парень.
— И единением с природой. Не зря Святошей-то звали…
— Ты че, совсем берега попутал — говорить о нем в прошедшем числе?! — фурией бросилась на него девчонка.
— Че? Каком еще прошедшем числе, дура? — возмутился тот. — Прошедшем времени, филолог, нах!..
— Сейчас ты сам у меня будешь в прошедшем времени, дебила кусок! — срываясь на визг, выкрикнула девица.
Я вздохнул.
— А ну умолкли все! — прикрикнул я на споривших. — Живой он, пульс есть.
